– Прошлая ночь все изменила, Подаксис. Он стал для меня кем-то особенным, – тихо произношу я. – Я еще не совсем понимаю, что именно чувствую, но он совсем не такой, как я думала. Я не хочу умирать, но и позволить ему умереть тоже не могу.

Поколебавшись мгновение, мой друг постукивает меня когтем по плечу.

– Что ты собираешься делать? Покинуть конкурс?

– Не сейчас, – качаю я головой. – Сначала я хочу убедиться, что Дориан выберет себе подходящую жену. – Последнее слово пронзает мое сердце железным кинжалом, но я даже не пытаюсь прогнать боль. Наверное, мне следует свыкнуться с ней, потому что я уверена – когда я заставлю Дориана исключить меня, мне будет так же больно.

Несколько часов спустя приходит посвященный Джереми с расписанием на сегодняшний день. Индивидуальные свидания заменены небольшой вечеринкой, призванной отпраздновать прибытие сестер Дориана. Подаксис возвращается в свою комнату. Поскольку сегодня состоится групповое мероприятие, сопровождающий мне не понадобится. Вместо этого Подаксис проведет время с Надей. Пусть мы это и не обсуждаем – он явно начал ухаживать за ней. Другой вопрос, знает ли об этом Надя. Как бы то ни было, я рада за них. Мысль об этом помогает мне успокоиться, пока я репетирую, что должна сказать Дориану.

В шесть вечера Джереми возвращается, чтобы сопроводить меня на вечеринку. Я останавливаюсь у входа в гостиную, где будет проходить праздник, и делаю несколько вдохов, чтобы собраться с духом.

– Вы готовы? – хмурясь, спрашивает Джереми и жестом приглашает меня войти.

Сделав еще один вдох, я киваю.

Я вхожу в гостиную, где нахожу Дориана, с веселым прищуренным взглядом расположившегося в кресле у камина. Одна из его сестер на диване читает ему вслух. В другом кресле Глинт МакКриди делает в своем блокноте заметки, а брат Биллиус в одиночестве занимает место за карточным столом. В его позе и взгляде, устремленном в пустоту, просматривается что-то угрюмое. Я вспоминаю, как прошлой ночью он крался по саду, вернувшись из переулка сразу после нас с Дорианом. Теперь, когда я знаю, что он хотел сообщить Дориану о прибытии его сестер, все становится на места. Предположительно, он хотел без лишнего шума найти Дориана, чтобы у того не возникли неприятности из-за того, что ночью его не было в комнате. Почему же Биллиус выглядит таким грустным?

Дориан отрывает взгляд от сестер, и его глаза сразу же находят мои. От внезапной перемены в выражении его лица у меня перехватывает дыхание. Беззаботное веселье ускользает, и я ожидаю, что его место займет холодная маска, показывающая, что Дориан сожалеет о нашем вчерашнем разговоре, о том, насколько мы сблизились не только в физическом смысле, но его черты отражают не это. В его взгляде читается напряженность, но лицо не становится ожесточенным, как когда-то раньше. Нет, я вижу что-то другое. Что-то, что заставляет меня почувствовать себя так, будто на мне снова мерцающее платье. Едва прикрывающее. Делающее меня желанной. Сегодня я выбрала более скромный наряд – простое шелковое вечернее платье бледно-голубого цвета. Тем не менее взгляд Дориана, кажется, пронизывает меня насквозь, добираясь до самой моей сути.