Я невольно издаю смешок.

— Дело в том, что я изучаю «бездушных»…

— Бездушных? — недоуменно переспрашиваю я, зачаровано глядя на неё, и сажусь на подоконник.

Калли кивает.

— Мертвецы особого порядка.

— Это, как? — Я заламываю бровь и поддаюсь вперёд, с интересом глядя на девушку с книгой в руках.

Калли заговорщицки улыбается мне и подходит ближе, облокачивается о стол рядом со мной.

— На самом деле мертвецы бывают разных порядков. Их всего три. К первому порядку относятся те, кто был подвержен заклятию «ралиум самфор», что в переводе с чёрного языка означает «вечный слуга».

Я ёжусь и вновь обхватываю себя руками, когда девушка продолжает говорить:

— Существа, что подвергаются такой участи – становятся вечными слугами того, кто наложил данное заклятие. И снять его довольно проблематично, поскольку требуется смерть не только наложившего проклятие. Но ещё и душа того, на кого конкретно воздействовали. А ее обычно прячут надёжно. Так, что в конце пострадавший все равно остаётся в тисках своего рабства.

— Какой ужас…— выдыхаю я, и поджимаю колени к груди, обняв их руками.

— Согласна. В нашем мире довольно много деталей, которые следует знать, прежде чем что-либо делать. Иначе последствий не избежать. Особенно, — Она устремляет печальный взгляд на меня, — если ты некромант.

Я тяжело выдыхаю, согласно кивая.

Мне ли не знать? На собственной шкуре, как говорится уже смогла испытать.

— А остальные порядки? — Я поднимаю голову, отняв ее от рук и с любопытством смотрю на Калли.

— Давай об остальном я расскажу тебе в другой раз? Потому что, если Нес Сай узнаёт, что кто-то нарушил комендантский час – мне не поздоровится.

— Хм. Наш суровый некромант… — задумчиво, с нотками язвительности, произношу я, когда в памяти невольно всплывает момент, когда я застукала его мило воркующим с какой-то дамочкой в саду. И это помимо коридоров академии!

Какие же…нахалы!

Я передергиваю плечами, качнув головой и перевожу взгляд на Калли.

Она одаривает меня странным взглядом, словно знает какую-то тайну. Ее глаза прищурены, а уголки губ едва подрагивают в улыбке.