Я начал поиски. Хотя и сам толком не понимал, что именно ищу. Но одно знал точно: это то, что раз и навсегда уничтожит его.
Я начал поиски. Хотя и сам толком не понимал, что именно ищу. Но одно знал точно: это то, что раз и навсегда уничтожит его.
Я начал поиски. Хотя и сам толком не понимал, что именно ищу. Но одно знал точно: это то, что раз и навсегда уничтожит его.
В моей голове строились различные варианты того, как обезопасить наш мир. Как искоренить из него чистое зло, каких ещё не видывал свет. Но с каждым днём, они рушились, словно песочный замок, под натиском хлёстких волн.
В моей голове строились различные варианты того, как обезопасить наш мир. Как искоренить из него чистое зло, каких ещё не видывал свет. Но с каждым днём, они рушились, словно песочный замок, под натиском хлёстких волн.
В моей голове строились различные варианты того, как обезопасить наш мир. Как искоренить из него чистое зло, каких ещё не видывал свет. Но с каждым днём, они рушились, словно песочный замок, под натиском хлёстких волн.
Ни для кого не было секретом, что Сариус – порождение хаоса. Бессмертное существо. Он отдал свою душу дьяволу, взамен на силу и власть. И потому попытки его прикончить, каждый раз рушились с оглушительным треском. За исключением одной. Той, что в итоге и стала его погибелью. Однако не такой, которая бы вновь заставила меня не то, что спать, а дышать полной грудью, без чувства вины.
Ни для кого не было секретом, что Сариус – порождение хаоса. Бессмертное существо. Он отдал свою душу дьяволу, взамен на силу и власть. И потому попытки его прикончить, каждый раз рушились с оглушительным треском. За исключением одной. Той, что в итоге и стала его погибелью. Однако не такой, которая бы вновь заставила меня не то, что спать, а дышать полной грудью, без чувства вины.
Ни для кого не было секретом, что Сариус – порождение хаоса. Бессмертное существо. Он отдал свою душу дьяволу, взамен на силу и власть. И потому попытки его прикончить, каждый раз рушились с оглушительным треском. За исключением одной. Той, что в итоге и стала его погибелью. Однако не такой, которая бы вновь заставила меня не то, что спать, а дышать полной грудью, без чувства вины.
Несколько месяцев у меня ушло на то, чтобы разгадать его тайну. Тайну его бессмертия. Того, что не может не иметь каких-либо изъянов. Потому что даже самая сильная магия – имеет обратную сторону. И я наконец нашёл её. Я нашёл то, что окончательно сотрёт его из наших жизней…
Несколько месяцев у меня ушло на то, чтобы разгадать его тайну. Тайну его бессмертия. Того, что не может не иметь каких-либо изъянов. Потому что даже самая сильная магия – имеет обратную сторону. И я наконец нашёл её. Я нашёл то, что окончательно сотрёт его из наших жизней…