Невольно опускаю взгляд, в очередной раз почувствовав вину, но когда слышу знакомый голос, то вновь поднимаю голову, перестав теребить браслет на своей руке. Удивительно, но именно эта незамысловатая серебристая цепочка, с крохотной подвеской, в виде буквы «С» со мной с самого рождения. По крайне мере так мне рассказывали в детдоме. Не скажу, что мне было неинтересно узнать, что это значит. То есть понятно. Что очевидно мои родители оставили мне этот презент, прежде чем отдать. Но зачем? Я так и не понимала. Какой смысл тем, кто тебя бросает, оставлять что-либо на память?..

Какое-то время я пыталась выяснить хоть что-нибудь. Но это как искать иголку в стоге сена. Всё без толку.

Много раз я порывалась снять его и просто выкинуть, как частичку ненужного прошлого, которое тянет меня все больше на дно. Однако не смогла. Не смогла, сколько бы не пыталась. Словно что-то внутри меня, не давало этого сделать, упорно останавливая…

— Виктория?..

— А? — Я поднимаю голову и понимаю, что пропустила что-то важное. Поскольку в данный момент все, без исключения, смотрят на меня.

Чёрт. Неловко то как…

— Всё в порядке? — спрашивает король, и, чувствуя себя ещё более неловко, я киваю, быстро сказав:

— Д-да. Простите… Я несколько задумалась.

Мужчина кивает. Я же мельком подмечаю, как «зеленоглазый» недовольно поджимает губы, постукивая пишущим пером по гладкой поверхности стола. И угнетающую тишину нарушает Сай.

— Ситуация и впрямь неутешительная. Но и сидеть, сложа руки, мы тоже не можем. Иначе Сариус завершит своё перевоплощение. Тогда биться будет куда сложнее.

— Чего уж там, Несс Сай. Говорите, как есть. Мы проиграем, если это всё же произойдёт, — добродушно, но с горечью, произносит второй незнакомец. И похоже, что он прав. Потому что в этот момент лица у всех выражают всемирную скорбь.

— Разве мы не можем сделать тоже, что сделали тысячу лет назад наши предки? — предполагает Ториан.

Я суплюсь и закусываю губу. Беседа совершенно не утешительная. А ведь мы только начали!

— Это слишком опасно, ваше высочество, — произносит «зеленоглазый». И к нему он обращается с должным почтением. — Для повторения такого ритуала потребуется не мало жертв. Причём в прямом смысле этого значения.

М-да, Вик. Заварила ты кашу…

— Неужели нет иных путей? Он же не всецело бессмертный? У всего в этом мире есть слабое место, — с надеждой в голосе, запальчиво отвечает королева, глядя на мужчин. Затем переводит взгляд на мужа.

Я тоже смотрю на отца Ториана, поддавшись немного вперёд, в надежде, будто он вот-вот скажет нечто утешительное и хорошее. Но, увы. Этого не происходит.