— Ты в курсе, что ты настоящая заноза в заднице?

Он кинула в меня наручниками, которые ударили мне в живот.

— Надевай, или я отстрелю тебе ноги. Обе ноги.

Я боялась нагнуться и показать ей свои руки, поэтому я обошла наручники, повернулась к ней спиной, с трудом присела на корточки, так как мои лодыжки были в наручниках, и подняла металлические браслеты.

— Какого чёрта ты делаешь? — рявкнула она.

— Надеваю наручники.

— Повернись.

Когда я защёлкнула наручники на руках, я развернулась и прижала руки к сердцу.

Она сделала шаг вперёд и потыкала в наручники дулом ружья. Когда они не расстегнулись, она снова убрала ружьё себе за спину, сделала шаг вперёд и так сильно затянула их вокруг моих запястий, что у меня больше не осталось надежды освободить руки.

— Так-то лучше.

У неё зазвонил телефон. Она отступила и достала его. Бросив быстрый взгляд на экран, она подняла мобильник вверх и проговорила:

— Скажи «сыр».

Отправив кому-то мою фотографию, она объяснила:

— Им нужно подтверждение, что ты жива.

Это означало, что Лиам ещё не выехал из Боулдера, иначе он смог бы почувствовать моё сердцебиение.

Может быть, он всё же не собирался приезжать?

Может быть, он был уверен в том, что его новая Бета и мои братья прекрасно справятся со спасательной операцией без него?

Я решила не расстраиваться, если он не объявится.

Ведь я же молилась Ликаону о том, чтобы он держался отсюда подальше.

Убрав телефон в карман, Камилла расстегнула куртку, под которой оказался не только бронежилет, но и пистолет в кобуре. Пистолеты такого типа — маленькие, чёрные и автоматические — носил мой брат-коп.