Однажды Леонард рассказал мне, что его отец, несмотря на свою властность, связи и такую тяжёлую подавляющую ауру, совершенно не обладал магией. Я представила себя на месте монарха и поняла, что осознание своей полной магической беспомощности легло бы на меня тяжелым бременем. А если у короля еще и амбиции, то… все средства укрепления собственной власти станут для него хороши… Можно и сына использовать, и дочь. Можно отнять молодость и жизнь у какой-то магессы, и даже не у одной, а также вполне легко заковать в кандалы русалку на всю ее оставшуюся жизнь… А все потому, что в душе страх. Страх потерять власть. Страх быть слабым. Ведь даже твой собственный сын намного сильнее тебя, потому что он – маг, а ты – нет!..

Да, я поняла мотивы Евгенуса Ларосского. Но это ничуть не помогло мне его стать к нему милостивее. Я все равно ненавидела короля…

Осторожно, чтобы никто не заметил, я сунула амулет личины в декольте и тут же опустила руку. Мы неизбежно приближались к тому крылу дворца, в котором располагались личные покои и кабинет монарха, и я понимала, что мое преображение будет не простым. Измениться прямо сейчас я не могу: капитан Рин заметит. Значит, мне нужно успеть поработать над внешностью в первые мгновения, как мы войдем в кабинет. Успею ли? А если король будет не один? Любой более или менее сильный маг рядом сможет почувствовать мои магические манипуляции и обвинить меня.

Но… я решила довериться судьбе. Убегать сейчас не было смысла. Лучше попытаться обмануть короля…

***

Мне сопутствовала настоящая удача: я так стремительно активировала личину, что понадобилось всего несколько секунд, и мое лицо стало более узким, глаза синими, нос длинноватым и острым, а губы тонкими и немного невзрачными. К счастью Леонард, когда заметил перемены, сумел подавить свое изумление и лишь непроизвольно вздрогнул.

Король обернулся к нам в тот момент, когда я наконец закончила преобразование лица.

Он был суров и величественен. Как всегда, впрочем. И он меня пугал. Как и раньше. Я взглянула на него мельком и тут же опустила глаза. Король не должен увидеть мой панический страх.

- Отец, - Леонард учтиво поклонился, а Евгенус мрачно покосился на наши сцепленные пальцы.

- Леон, - начал он завораживающим грозным басом. – Я призвал тебя… чтобы предупредить! Хотя нет. Не просто предупредить, а даже вразумить!

Голос его звучал все более угрожающе, и магические клятвы внутри меня, данные когда-то этому человеку, начали медленно будоражить кровь.

Я сглотнула. Так, Элоиза, держи себя в руках! Главное сейчас, чтобы он меня не узнал! Главное, выйти отсюда целой!