— Не смей уходить! — неожиданно кинулся к нему с мечом отец, но уткнулся в спину сына. — Имиш, я приказываю тебе драться до конца! Умри или выйди победителем!

— Смирись отец, ты проиграл, — резко обернулся к нему сын. В его глазах горела ярость.

Амбиции отца перестали волновать Имиша. Он хотел если и умереть, то с Гети на руках. Захлестнувшее его безразличие ощутимо повисло в воздухе.

По кивку повелителя, лорда Стангеша обезоружили и взяли под охрану.

Драконы расступились, образовав коридор к порталу. По нему и прошел Имиш, неся свою ношу. Нестабильное сияние портального перехода его не пугало. Он остановился, залюбовался неравномерными всполохами на голубоватой поверхности портала и вошел в него.

— Мы отправляемся домой любимая, — с щемящей нежностью произнес туманный дракон, обращаясь к возлюбленной.

Гети ему не ответила, оставаясь безмолвной.

Когда Имиш ступил в портал, в этот момент в храм вбежал разгневанный лорд Сидлен.

— Гети! — с мучительной отчаянностью вскричал он, с ужасом глядя на исчезающую в завесе бездыханную дочь. — Прости, я не уберег тебя. Догадывался, что ты во что-то ввязалась, и не остановил, — горько каялся изумрудный дракон.

Венценосные гости встали перед ним, не пуская к нестабильному порталу. Огненные всполохи на его поверхности постепенно начали гаснуть. Подпитка портала истощалась.

Щиты развеялись, и я смогла подойти и обнять своего любимого повелителя.

— Это настолько прекрасно, что я не могу сдержать слез, — едва не рыдал от умиления Кроль, сидящий верхом на подсвечнике. Горящие свечи он предусмотрительно скинул на пол, там они затоптанные и погасли.

Оккупировавшие ниши белочки аккуратно прикладывали к глазкам платочки.

— Простите меня! — громко щелкнул клювом Савентий. — Я никогда не думал, что настолько могу быть тронут. Меня изнутри распирает от счастья.

— Ре-ебя-я-ят, — протянула я, отлипая от своего героя. — Вы чего?

Фамильяры разом посмотрели на меня, а после перевели взгляды на бледнеющий портал. Они смотрели на него и как будто видели в нем нечто особенное.

Я присмотрелась к сиянию и услышала музыку. Она была прекрасна. В ней звучали тоска и печаль. Мелодия звала меня за собой. Очень-очень давно это мелодия вела меня, как путеводная звезда моряков, ветром разносясь над вспаханными полями, зеленеющими лугами, припорошенными снегом горами.

Вот только это не я слышала эту завораживающую музыку. Вик по нашей связи поделился со мной своими ощущениями.

Между зовущей его песней, тесно связанной с его домом, стояла преграда, и в моих силах было помочь разрушить ее.