Она так глянула, будто услыхала что-то несуразное.

— Я голодная не сплю. Сам бы заснул?

— Что же ты будешь делать до ночи? Дать тебе книжку? У меня ещё есть.

— Так я на вашем языке не читаю.

— Рисунки поглядишь.

Молчит. Значит, не возражает. Пришлось мне опять лезть на лестницу. Лезу и думаю, что бы такого сказать? Долго ведь до вечера!

— По имени тебя как?

Она опять таращится, словно не понимает.

— О! — вроде сообразила. Даже засмущалась. — Да я так, без имени.

Совсем чудной народ! А так посмотреть, разумный.

— Как же тебя звать? — недоумеваю я. — Просто «Эй-ка»?

Она даже вперёд подалась.

— Ты меня звать будешь? — сразу не верит. — Эйка подойдёт. Далеко слышно.

То ли шутит, то ли взаправду чудная.

— А ты, — начинает она аккуратно, — в самом деле про нас не знаешь?

Я как раз с лестницы спрыгнул. Со второй книжкой. Так что ответ сам напрашивался.

— У меня, — говорю, — только первый том есть. И семнадцатый. Обрывочное, так сказать, образование.

— Живёшь тут один?

Я развожу руками:

— Как видишь.