– Ладно… я понял… – вздохнул Ярэн. – Что ж…

Положив руку себе на грудь, он произнес слова клятвы. И показалось ли мне, или нет, был этим фактом сильно расстроен. Неужели ему так нравилось в академии?

– Принято, – дернул бровями Зритель… и кресло его вместе с книгами вдруг начало сдвигаться в сторону.

Как в каком-то дурном сне Ярэн потащил нас вниз, еще дальше. С лязганьем проход сверху закрылся, и Хранитель зажег магический свет.

Помещение, которое оказалось под теплицей зрителя, делилось стеной на две части. В первой части стояли каменные лавки, а на стене по обе стороны от двери в часть вторую были нарисованы два силуэта – женский и мужской. Женщину изобразили в черном платье и синей накидке, мужчину – с мечом в руках. За дверью виднелись два каменных гроба.

И до меня дошло, где мы находимся. Склеп. Могила создателей Альянса.

– В этом даже что-то есть, – совершенно спокойно сказал Корн, движением руки отправляя нас в сторону двух гробов. – Создатели, тоже по легендам дети Земли и Кронуса, делали все, чтобы магия не покидала свои миры.  И именно их могила теперь послужит тюрьмой для тех, кто в эти сложные времена принесет Альянсу немного облегчения.

Когда мы чуть не столкнулись ногами с гробами, Ярэн снял парализующее заклинание. Мы обе не сговариваясь кинулись к дверному проему, но тщетно. Хранитель уже успел позаботиться о том, чтобы мы не смогли и порога переступить.

– Вы чудовище, – заявила я ему в сердцах.

–  Ну-ну, милая, все мы немного чудовища. Так и живем...

–  Как вы это сделали?!  –   перебила его Яна, сжимая в кулаке свой лиловый, под цвет глаз, кулон. Она не выглядела злой или особо испуганной, просто очень напряженной, словно с трудом сдерживалась, чтобы не дать волю эмоциям.  –   Вы же не лгали... я чувствовала, что вы правда, жалели, хотели нам помочь... и даже сейчас.... что это за магия?

–  Знаете, Яна,  –   Корн так понимающе улыбнулся, что даже не верилось, что он собирается отправить нас на смерть. – Магия – это прекрасно, но нельзя, чтобы она затмевала по-настоящему важное. Истинные чувства. Вы ведь менталистка, да? И замечательная, раз заметили, что я не врал и не желал вам зла...

–  Я не понимаю  –   закачала головой Яна.  –   Что вы...

– Искренность – обоюдоострое оружее. И менталисты лучше прочих видят, что я всегда честен. Я пытаюсь понять человека, помочь ему. Это вызывает доверие. Это приносит мне радость. Но ради своих эгоистичных целей я сумею переступить через любые эмоции.

–  Полюби врага – чтобы победить, – странно пробормотала Яна.

– Пусть будет так. Хотя я предпочитаю, иметь друзей, а не врагов. И я правда надеялся, что мы с вами тоже станем друзьями... Я уже представлял, как помогу вам построить карьеру, раскрыть все таланты... но, увы, распрощаться раз и навсегда с  Радой Тарвиус я хочу сильнее.