— И что же, ты мне ничего не расскажешь? — неожиданно спросила девушка, и я, не сдержавшись, прыснул от смеха.

79. Немного удачи

79. Немного удачи

Прошло еще три месяца.

Я чувствовал себя собакой, потерявшая след. Бегал из угла в угол, рыл носом землю, но ничего нового узнать не мог. Я встречался с приближенными Ганса, в надежде, что он еще кому-нибудь из них что-нибудь отдал. Но эти люди ничего не знали и никаких посылок для меня не хранили. Некоторые из приближенных рассказали мне то, что я уже и без них разнюхал. Некоторые были вообще не в курсе дел Ганса, но были ему искренне верны.

Порой мне начинало казаться, что я превратился в параноика.

Ну а что, я каким-то шестым чувством чуял, что история далека от завершения. Это же предвещало чуть покрывшееся пылью предсказание Каи. Я знал не все. Нити, как бы я не сплетал их в голове, не сходились. Я не мог понять, почему мне соврал Ганс — который не показывался все эти три месяца, будто все свои силы потратил на сожжение старой картины. Я не понимал, к какой цели должен был привести план Эрика. И я до сих пор понятия не имел, как расколдовать Ласлу. Потому я бегал из угла в угол, кусал локти, но новых зацепок не попадалось.

Однако помимо этого была и еще одна проблема. И звали эту проблему Лот сонор Тенбрук — тот ученый, что изобрел электричество. Про себя я прозвал его Николой Теслой Вадгардского разлива.

Вдалеке, за деревьями, показался клуб Стеклянных Ученый. Сезон дождей закончился и над континентом снова повисло драконово пекло. Лошадь под нами с Каей взмокла. Впрочем, мы от нее не далеко ушли — одежду, спрятанную под двумя темными, отводящими глаза плащами, можно было выжимать. Да и на самих плащах после каждой нашей поездки к ученым образовывались белесые, соляные разводы от пота. Но я все равно упрямо ездил в клуб после каждых выходных, чтобы удостовериться, что у них все в порядке. Сегодня же у моего визита была и еще одна цель.

У дверей нас встретили двое стражников в масках ежей. Вообще перед самым открытием клуба у нас было небольшое собрание по поводу того, кто будет охранять ученых и какие мыски им стоит носить. Я сам лично разослал приглашения всем рыцарским кланам — мне не очень хотелось чтобы охраной ученых занимались ленивые стражницы-лошадки. Большая часть кланов отказалась — что медведи, что шакалы не хотели связываться с яхами. А вот ежи неожиданно согласились. Были они небольшим, стареньким и, по словам Ласлы, обнищавшим кланом, терять им было особо нечего и они брались за любую работу. Я с радостью их принял.