— Эх, — сказал он. — А я так надеялся, что он сработает на этот раз. Опять разбирать эту вашу… катушку, так вы ее называете?

— Ага, катушка Теслы, — кивнул я. — Жаль, что я знаю только как она выглядит, но ни как работает. Простите, что не могу подсказать вам больше…

— Да не стоит, сон принц, — отмахнулся, поморщившись, старик. — Вы и так на столькие вещи мне глаза открыли. Если бы не вы и не обильные грозы в сезон дождей — у меня бы даже не было всех этих камней для опытов. Жаль, что мельница пока что не работает в полную силу, но вы правы… вы очень правы, сон принц. Нужно время и идеи. Исследования. Перебор вариантов. Этим я и занимаюсь.

— Знаете, я тут много об этом думал в последнее время, — хмыкнул я, глядя, как старик принялся разбирать катушку, вытаскивать самодельные кривые провода и соединять их снова с какими-то неведомыми мне элементами. — Ну, о том, что помимо старания есть и еще кое-что, что всегда помогало ученым. У себя на родине я слышал всякие истории. Например что Ньютон открыл закон земного тяготения когда ему на голову упало яблоко. А Менделеев вообще увидел свою таблицу элементов во сне.

— К чему вы клоните, ваше высочество? — не отрываясь от работы, спросил Тенбрук.

— К тому, что вам не помешала бы капля удачи, — сказал я и, сунув руку в карман, извлек из него яйцо синей птицы. — Та-дам! Как вам?

— Потрясающе красивая вещица, — мельком глянув на подношение, сказал Лот, а потом одарил одобрительным взглядом Каю, что неслышно прокралась за мной и тенью встала у меня за спиной. — Работа ваших прекрасных рук, сона Илитрина?

— Так и есть, — улыбнулась ему рыцарша.

— Это не просто красивая безделушка, — обиделся я. — Это скорлупа яйца синей птицы. Мой, так сказать, боевой трофей. В нем еще много удачи и оно… скажем так, рвется послужить на благо Вадгарда.

Глаза старика наполнились удивлением, складок на лице стало гораздо больше, руки перестали трястись. Не говоря ни слова он принял подарок из моих рук, тут же поставил его на середину стола и с интересом в всмотрелся в завитушки резьбы.

— Разве яйца синей птицы не теряют свою силу после того, как маги извлекают из них содержимое? — уточнил он.

— Да, обычно так оно и бывает, — пожал я плечами. — Но это — особе яйцо. В нем умер птенец, который готов был вот-вот родиться на свет. К тому же, изучив его, сонора Фета, наш придворный маг, заключила, что в ней сохранилась частица души той девушки, что носила в себе синюю птицу. Даже, возможно, не просто частица, а душа полностью — живая и разумная. Узор на яйце каким-то образом пленил и ее, и силы не рожденного птенца… и получился мощный артефакт на удачу, равного которому нет на всей кете. Ну, вот в этом Фета наверняка преувеличила — она порой любит делать вещи больше, чем они есть.