Очень темной. Очень горькой. Очень опасной.

Лич присел на корточки и зашипел.

– Что, тоже не нравится?

– Убить.

– Это да, – согласилась я. – Не знаю, что за хрень, но убить ее придется…

Мы поднялись на второй этаж. Смутно знакомый коридор, все же восприятие крысиное весьма отличается от человеческого. И новое тело. Я просто переступила через него.

Двери. И снова.

И чьи-то ноги, медленно исчезающие за порогом комнаты. Шипение лича, которому отвечали таким же низким, слегка утробным. И Эль вскидывает руку, а я говорю:

– Шкатулочку верни, а то драться неудобно будет.

И не надо смотреть с таким упреком. И вправду неудобно. Демон вон тоже со мной согласился, наверное, не слишком прельщала мысль стать орудием справедливого возмездия. И шкатулку мне протянули. А лич нырнул в комнату, откуда донесся слаженный утробный вой.

– Что это?..

– Подружку встретил, – ответила я и потянула мужа за руку. Лезть напрямую не стоило, ибо не место людям там, где два лича пытаются выяснить, кто из них на стороне добра.

– А нам разве не надо подождать?

– Не надо, – я едва не споткнулась об очередного лакея, которому незамысловато свернули шею. И, судя по тому, что парень выглядел удивленным, подобного он явно не ждал. – Нет такого некроманта, который ограничится лишь одной дверью в лаборатории. Это же основы выживания.

Я толкнула следующую дверь и остановилась. Вдохнула тяжелый запах пота, благовоний и чужого мужчины, который был… болен?

Определенно болен.

Иначе к чему дурман-трава, которая единственно на что способна в чистом виде, так это боль снять. А вот те склянки, выстроившиеся вдоль зеркала? Узнаю хрупкое стекло эльфийских фиалов, это изящество форм ни с чем не спутать. И массивные хрустальные шары, выточенные гномами.

И вот тот тазик, на дне которого виднелся скарификатор.

Но запах… гниющей плоти, тяжелый, почти невыносимый. Мог бы и окно открыть… странно только, что этот запах я не ощутила прежде.

А за стеной громыхнуло, взвыло и снова громыхнуло, намекая, что не след задерживаться в месте столь неприятном. Я теснее прижала шкатулку, ощущая волнение демона, который, в свою очередь, точно знал, что искомое – рядом.