Я послушно отдернула руку.

- Как ты уже знаешь: в свое время я помог бежать из плена беременной магине. Она добралась до нашего герцогства и Мирана ее спрятала. Все было хорошо, за девушкой ухаживали, никто не знал о ее существовании несколько месяцев. Война закончилась, я вернулся домой, стал помогать Миране ухаживать за Лией. Но настал день родов, и нам пришлось вызвать лекаря. Конечно, все всем и обо всем стало известно: как только увидели девушку с бордовыми волосами и глазами цвета янтаря. Она родила тебя, Амелия.

«Лия – какое красивое и мягкое имя у моей настоящей родительницы. О чем я думаю?!». Мысленно надавала себе оплеух - надо собраться. Я старалась просто сложить в голове все факты по полочкам без лишних эмоций. Мне нужен ясный ум и трезвый рассудок. Конечно, я была все больше в шоке с каждым произнесенным словом, но сама поражалась своей хладнокровности, слушая рассказ отца. Заговорила мама:

- Я усыпила тебя сразу, как только приняла от лекаря. Объявила всем: что ребёнок мёртв. Тебя унесла моя служанка в деревню к жене того самого лекаря, принявшего роды. Конюха послала в сад выкопать могилку, потом завернула в одеяло куклу и похоронила.

Я восторженно смотрела на маму. Ведь она не испугалась быть уличенной во лжи, рискнула меня спасти. Меня – чужую дочь и погибель их благополучия. Почувствовала, как по щеке катятся слезы: «не время раскисать, надо собраться»:

- Продолжайте, - стерла ненужную влагу с щек и внимательно уставилась на отца.

- Илграт вызвал ловцов Темного ордена, и они забрали твою мать. Меня арестовали и наутро решили мою судьбу. Мы с Мираной забрали тебя у лекаря и приехали сюда в имение. Тут никто не знал о нашей столичной жизни, поэтому я сделал морок, и мы выдали тебя за свою дочь.

- Почему вы не рассказали мне раньше?

- Потому что хотели это сделать на твое совершеннолетие через три недели, но кое-что произошло. Сейчас мне важен ответ на единственный вопрос: ты хочешь продолжить свою прежнюю жизнь с нами здесь, или ты хочешь попытаться найти свой народ, свою мать?

У меня пропал дар речи. Моя жизнь казалась мне предопределенной на ближайшее будущее. Попытаться найти свою мать может оказаться опасным мероприятием вне закона, да и нет у меня даже предположений: с чего начинать. Найти свой народ мне вообще кажется самым нереальным из всего предложенного. «Но чего хочу я?» - я протянула руку к зеркальцу, нащупала цепочку и щелкнула замочком. И снова посмотрела на свое отражение. Мне нравилась моя настоящая внешность. Она была мягкой, жгучей, мне даже показались красные искры огня в моих бордовых локонах… искры… огонь!