Я поспешила согласиться:

— Никто.

Удовлетворённо выдохнув, наследник Нойран произнёс уже спокойнее:

— Тебе многое позволено и многое прощается, Эла. Никто больше не может похвастаться такой благосклонностью с моей стороны. И я понимаю, что этого недостаточно, раз тебе до сих пор большее удовольствие доставляет говорить мне «нет». Я пытаюсь быть ещё более щедрым и милосердным. Но тебе хватает одного слова, чтобы всё к чертям испортить. Зачем ты заставляешь меня становиться таким? Провоцируешь, вынуждая нарушить данное тебе слово?

— Ха-ха, не злись, пожалуйста. Расслабься, Индра. Я просто хотела в кои-то веки пообщаться с тобой максимально неофициально, — раздосадовано усмехнулась я. — Думала, ты оценишь.

— Я оценил и, как ты и сказала, не собираюсь довольствоваться малым, — ответил Индра, выражая своё королевское волеизъявление. — К чёрту фотографии. Приезжай, Эла. — Понизив громкость голоса, он добавил: — Я хочу увидеть тебя в этом белье… а лучше без.

Я напряглась, подтягивая колени к груди, будто желая спрятаться. Наверное, впервые в жизни немилость Иберии была мне выгодна, потому что позволяла отвертеться:

— Пока босс сам не пригласит меня, путь в Таврос мне закрыт, ты же понимаешь.

В наступившем молчании я нервно сглотнула. Актриса из меня — так себе. Индра уже давно должен был распознать фальшь в моём голосе. Чем мне это грозило? Худшее, что он мог сделать: показать то злополучное фото отцу. Но вряд ли такой ревнивец станет их демонстрировать другому мужчине, тем более, тому, кто питает слабость к девушкам, которые ему в дочери годятся.

— Значит, тебе нужно персональное приглашение от босса? — уточнил Индра и, не дожидаясь ответа, решил: — Хорошо, я что-нибудь придумаю.

И он не соврал.

Глава 57

Глава 57

На следующий день я получила приказ о мобилизации войск. Ничего особенного: готовить бойцов для армии Иберии обычная практика для колоний, но после нашего с Индрой разговора, это «приглашение» выглядело откровенной насмешкой.

Так вот на какие праздники мне позволялось явиться?

Игнорировать и этот призыв было чревато, но, прежде чем паковать вещи, я решила собрать совет.

Казалось бы, с учётом отбытия Десницы в зале должен был присутствовать только Олафер, но я вызвала Лайза, Бартла и ещё Кея, подчёркивая значимость последнего. Тот был явно польщён, но всю дорогу молчал, желая скрыть своё похмелье, очевидно.