Пока я боролась со своими страхами и неприятными ощущениями, пропустила момент, когда явившийся без приглашения мужчина начал медленно сокращать разделявшее нас расстояние. Пока не стало слишком поздно. Предприняла слабую попытку сбежать, но Лур оказался проворнее и сумел поставить в проем ногу прежде, чем я успела закрыть перед ним дверь. Поняв, что здесь моя реакция тоже меня подвела, уже вознамерилась укрыться у ванной, но смогла проделать только половину пути, прежде чем была-таки поймана.

— Пусти! Не трогай меня. Я не хочу, слышишь? Оставь в покое. Не надо!

Я не оставляла попыток выбраться из его железной хватки, продолжая брыкаться в кольце мужских рук, пока Лур резко не развернул меня к себе лицом и, прижав к себе, принялся успокаивающе гладить по волосам.

— Тихо-тихо, не обижу. И целовать не буду. Только успокойся.

Моментально затихнув от этих обещаний, перестала вырываться и с нарастающим волнением принялась ждать, что он вознамерился делать дальше. Мужчина же ещё немного погладил меня по волосам, после чего сначала осторожно дотронулся до плеча и, начав ласково водить пальцами вниз-вверх по руке, снова заговорил:

— Мия мне все рассказала. Прости за то, что произошло утром. Клянусь, если бы я только знал…

— И что бы ты сделал? — спросила раздраженно, по этому случаю сумев даже немного отстраниться, чтобы заглянуть собеседнику в глаза. В том, что он больше не будет меня целовать, была полностью уверена. Что-что, а свои обещания Лур выполнял всегда. Ну, почти всегда. Та ночь, когда я видела навеянный им эротический сон, а Глюк перешел все границы дозволенного, не в счет.

— Так не увлекся и позволил тебе самой прервать тот злосчастный поцелуй.

Ответ, на который я и рассчитывала. Вот только что толку. Случившегося не изменишь. Обреченно вздохнув, опустила голову и уперлась лбом мужчине в грудь. Положив туда же ладони, замерла, ожидая, что он теперь скажет.

— Дашь мне ещё один шанс? — тихо поинтересовался собеседник.

Мне бы оттолкнуть его и выпроводить из номера. Но что-то подсказывало: у меня это уже вряд ли получится. Теперь, когда мужчина наконец получил возможность беспрепятственно ко мне прикасаться, он так легко не отступит. С другой стороны, разве не об этом я так долго мечтала? Тогда почему продолжаю сопротивляться? Чувство вины перед мужем все еще было довольно велико. Но, если так подумать, перед Луром я оказалась не меньше виновата. Бросила одного мужчину, вместо того чтобы вернуться к другому и довести его до гроба. Хороша оказалась жена, ничего не скажешь. Вот только в случае с Максом, как бы отчаянно мне этого ни хотелось, я уже вряд ли смогу что-то изменить. Поздно. Между нами встало то, против чего я оказалась бессильна. «…пока смерть не разлучит вас» — вспомнились слова данной им мне клятвы в ЗАГСе. Накаркал. Сколько я уже оплакиваю мужа? Год? И как долго ещё буду это делать? Может, пора остановиться, прекратить наконец по сотню раз на дню то жалеть себя, то заниматься самобичеванием и снова попробовать стать счастливой? Ведь, кажется, именно здесь я это самое счастье год назад и оставила.