— Готова? — спросил он, посматривая на ворота и забор. — Тогда побежали, пока он не проснулся и не хватился меня.

План Чжу Баи был в том, чтобы просто узнать город. Да, возможно потом у него могли быть проблемы, но ничего плохого ему сделать не могли. Даже травмировать, максимум синяков наставить. После всего, что он переживал, это было такой мелочью. Подумаешь, прогулялся по городу. А вот у девочки могли быть проблемы, поэтому, когда они выбрались на только начавший просыпаться рынок, Чжу Баи остановил ее и попросил:

— Расскажи, где тут что, и иди домой, а то тебя хватятся. Да и от моих, если нас поймают, непонятно, что ждать. Где выходы из города? Где лазейки могут быть?

— Лазейки?

— Дыры в заборе.

Город был обнесен каменной стеной с бойницами, пускали в него через охрану, хотя и без особого досмотра. Но дети обычно лазали везде, должны были знать, как миновать суровых дядек на воротах. Но девочка только покачала головой, указала в сторону противоположную рассвету и добавила неуверенно:

— Ворота в той стороне, но я без отца никогда не выходила. Про дыры не знаю…

«Надо было спрашивать мальчишек, » — понял Чжу Баи и успел сделать всего шаг в сторону ворот, как его оторвало от земли.

Уже светало, во всяком случае на улице стало светло, народу прибавилось. Чжу Баи с самого начала рассчитывал, что никто не будет тащить его обратно на глазах у обычных жителей городка. Но нет, тут стояла одна из марионеток. Огромная, под два метра ростом, в драных черных тряпках вместо одежды, тощая, но сильная. Чжу Баи даже пола этой марионетки разобрать не мог. Это был кто-то безбородый, сморщенный, с лысым черепом, и он часто возвращал Чжу Баи или находил, когда тот пытался прятаться. И то, что его так знакомо оторвали от земли Чжу Баи воспринял с разочарованием, но все же ожидаемо.

А потом заметил, что и во второй руке марионетка за шкирку держит девочку.

— Она ничего не знает! — тут же отреагировал Чжу Баи. — Мы общались!.. Просто общались…

Марионетка никогда с ним не говорила, да и выглядела так, словно не слышала. Она даже шага не сделала, просто подпрыгнула — и приземлилась уже на гребне забора, немного качнувшись. Крестьяне с рынка отреагировали как всегда: «Сын хозяина снова хотел погулять, но его поймал телохранитель». Они уже наблюдали такую сцену, и тогда темная фигура их поразила. Но это был мир заклинателей, и подобные телохранители не были редкостью, так что обсуждений и пересудов хватило только до вечера, и о правде никто так и не догадался. Но девочку они словно и не заметили или приняли за служанку дома. Чжу Баи попытался вырваться, рискуя упасть с забора. Марионетка застыла на нем как ворон. Осмотрел добычу, ничего лишнего не увидел и понес дальше, в дом. Чжу Баи показалось, что они пересекли какую-то очень важную черту, за которой дочка лавочника еще могла спастись. Он снова попытался вырваться и, когда упал на пол, ему сначала показалось, что он смог. А потом поднял голову — его притащили в спальню Сун Линя. Тот сонный, завернувшись в одеяло, сидел на кровати, которая находилась у стены. Над кроватью был черный плотный полог, отчего сама кровать даже днем казалась темной. Сун Линь улыбался, сгорбившись и глядя на Чжу Баи.