Бэй Чан наконец отдышался и выпрямился, спросил, поправляя очки:

— Что ты хотел? — заметил пустой термос в руках Чжу Баи и понял без слов: — Не спится? Может быть, какао?

— Да, можно какао, — кивнул Чжу Баи.

Окна. В какой-то момент Чжу Баи понял, что соскучился по дождю. Как же так может быть, что каждый день солнечно, и при этом за окном зеленые поля и макушки деревьев? По ощущениям должна быть засуха уже, столько дней без дождя. Потом стал понимать, что погода не меняется никогда. Не только дождь: солнце всегда светит одинаково. Ни сильнее, ни слабее. Нет пасмурных дней или знойных. Погода всегда средне-приятная, медитативная. Попытка невзначай поковырять окна ничего не дала — ну окна и окна. Открыть ему не позволил Бэй Чан, а почему не объяснил. Все это было странно.

Они прошли на небольшую кухню, похожую на кухню хостела. Готовить тут было не очень удобно, а вот чайник поставить — нормально. Бэй Чан занялся приготовлением напитков, попутно заговорив:

— Знаешь, я думаю, что можно дать тебе кружку. Из термоса наверняка пить неприятно. Чашка — это так по-домашнему!

«Он убегает», — приглушенный голос прямо в ухе, с той стороны старались говорить тихо, чтобы не было слышно в тишине дома. Бэй Чан обернулся так быстро, что рассыпал какао из банки, которую держал в руках. Чжу Баи не было в дверях.

Для обычного человека в обычных обстоятельствах тут не было ничего особенного — рывок, добежать до комнаты мелкой моторики, там схватить складной стул и швырнуть в окно. Но Чжу Баи… он только недавно заново научился ходить. Для него это было так невероятно, словно ему предстояло марафон пробежать. И устал он так же. Подозревал, что не сможет разбить окно — так и получилось. Разбить — нет, но треснула рама, окно стало медленно открываться. У Чжу Баи после этой пробежки уже в ушах звенело. Ему казалось, что он вот-вот потеряет сознание, он сполз на пол и пытался отдышаться, в это время во все глаза глядя на окно, а точнее на то, что было за стеклом.

Там, вдалике, была стена. Просто стена. Комплекс, похоже, находился внутри еще одного бункера. Поэтому Чжу Баи никогда не выпускали на улицу. Поэтому не открывали окон. Здесь всегда была оптимальная температура, отличные условия, не пахло землей или бетоном, эти запахи перекрывали химикаты. Сложно было догадаться, что снаружи так. Но Чжу Баи воспринял это как очередное разочарование — он хотел увидеть, что действительно снаружи. Он задыхался от этого рывка, до той стены ему еще дальше и сложнее добраться. Сейчас это казалось совсем невозможным.