– Ну, ради такого случая вскрою запасы, – усмехнулся Друз и вышел с мостика первым.

– Ничего не болит? – шепотом спросил Айзек, направляясь со мной на руках в коридор.

Напуганная собственным сном и поведением Маркуса, я лишь покачала головой.

Но это было неправдой – у меня ломило все тело.

Обернувшись, я взглянула на большой монитор над пультом управления. Там все так же сверкал холодным сиянием Ойкон.

Мы приближались к его орбите.

Корабль трясло. Ядро отказывало. Вцепившись в подлокотник кресла, я наблюдала за приближением заснеженной поверхности мертвой планеты. Местами из-под белоснежного покрова прорывались черным острием скалы. Словно шипы, грозящие нам гибелью.

Давление нарастало, и казалось, нас просто тонким слоем размажет по полу.

За пультом сидел сам Айзек, не допустив Ким. Прикованные в своих креслах, мы не сводили взгляда со спины капитана. В этот момент он держал в руках не просто штурвал, а наши жизни. Наши судьбы, наше будущее…

А снежно-ледяное полотно приближалось, и чудилось, что это не мы летим к нему, а оно на нас.

Малодушно закрыв глаза, я впервые в жизни воззвала к богам этой Вселенной.

Должно же быть что-то выше нас. Что-то, что помогло нам добраться до Ойкона. Что собрало нас вместе. Что подарило мне новую семью.

Ну не будет же оно, это таинственное «что-то», настолько засранцем, что отнимет у меня свои подарки.

Зажмурившись, я шмыгнула носом и попыталась вспомнить, как вообще наши предки молились. Чему или кому они там поклонялись?

За моей спиной мяукнула Мумря, высовывая мордочку из-за ворота куртки Ана. Она вообще оттуда последние дни и вовсе предпочитала не вылезать. Не хотелось животинке хвост да лапы морозить.

Почему-то стало ее так жалко. Один раз вырвалась из плена Ойкона, и вот ее возвращают в этот ад вновь.

Повернув голову, успела заметить на экране огромную лавину снега.

Удар… Он оказался неожиданным.

Клацнув челюстью, больно прикусила язык. Во рту разлился металлический привкус крови. Рядом тяжело выдохнул Дик, но в кресле удержался. Удивительной силы человек, на его металлическом предплечье, намертво примагнитившись, сидела Ти-си.