Я оглядывалась на пустынной дороге, пытаясь заметить Егора первой.

Отсюда было видно и поле, по которому меня гоняли снайперским огнем, и ангар. «Мерседес» я оставила ближе к промышленным постройкам, чтобы его не заметили с дороги. Эмиль по идее должен был меня прикрыть, но я его не видела и немного нервничала.

Ландшафт потихоньку скрадывали сумерки. Невыносимо воняло полынью и пылью — у меня першило в горле. Я перешла дорогу и укрылась за гаражами — хорошая позиция и пространство просматривается.

Минут через десять на том же месте, где стояла я, появился Егор. Огляделся, приподняв руки и негромко крикнул:

— Яна?

Я выждала. Вроде один.

Когда Егор повернулся ко мне спиной, осматриваясь, я вышла из укрытия. На нем была старая куртка, застегнутая до горла, и я не видела, что под ней.

— Повернись и расстегни куртку.

Он оглянулся. Движения стали плавными, как в замедленной съемке: Егор медленно потянул молнию вниз и распахнул полы. Под ними не оказалось ничего смертоносного.

С близи я рассмотрела лицо. Его кто-то ударил: под глазом кровоподтек, на скуле ссадина. Кожа болезненно бледная. Мало похож на знаменитого охотника на вампиров. Надо же, как обманчива внешность.

— Знаю, как это выглядит… Сначала подставил, теперь пришел. Все не так.

— А как?

— Я пришел поговорить, Кармен. Просто поговорить. Надя жива?

Кадык охотника нервно дернулся, он следил за моей правой рукой.

— Не стреляй, — выдавил Егор, на глазах покрываясь испариной. — Я готов все объяснить. Если она жива, я пойду на твои условия. Я знаю, где Вацлав и скажу тебе.

— Откуда ты знаешь про Вацлава? — после долгой паузы спросила я.

— Я все знаю. Хочешь правду? Я готов говорить.

Разговор назревал долгий — я предложила продолжить его в машине.

Егор сел назад, а я вперед, и мы с Эмилем развернулись, рассматривая его. Бывший изучал его с назойливым интересом. В руке, лежащей на подголовнике кресла, пистолет. Рот приоткрыт, верхняя губа искривилась, словно он не решил, скалиться или нет, но зубы уже виднелись. Егора должно пронять.