Может быть, миллиарды лет назад эти гиганты появились на дне океана? Теперь же казались совершенно чуждыми этому миру…

— …Индр, скажи, как ты понял, что я какая-то особенная, — вспоминала чародейка их разговор, — что я — та самая?

— Всё просто, Дженна, — звучал в её голове ответ хранителя. — Когда мы поём вместе, я слышу в твоём голосе силу… силу человека, который родился немым, но обрёл голос. Когда я смотрю в твои глаза, я вижу в них восторг маленькой девочки, которая долгие годы провела во тьме и вдруг очутилась в прекрасном лесу. Когда ты обнимаешь меня, я ощущаю нежность… нежность брошенного ребёнка, который нашёл своих любимых. Когда ты стоишь рядом, я чувствую боль, сравнимую с болью Кхора…

Дженна с восторгом взирала на удивительные древовидные скалы с их вершин, куда её привела лисья тропа. Разъярённый ветер трепал волосы чародейки, в пальцы даже сквозь перчатки впивалась бугристая поверхность каменных ветвей. Любуясь на величественный, но омертвевший лес Маймору, Дженна продолжала спор с хранителем.

— Сайрон мне гораздо ближе, почему он не ощутил во мне ничего подобного?

— А почему Сайрон сохранил рассудок, потеряв целый мир? — парировал собеседник. — На его счастье, он обладает достаточно прочной «шкурой», однако ему недостаёт чувствительности…

— А Дэрей Сол? — не сдавалась Дженна. — Он музыкант, как и ты… Его творения восхитительны! Можно ли создать их, обладая «прочной шкурой»?

— Ты знаешь Сола не так хорошо, как тебе кажется, — рассмеялся Индр. — Но я не стану выдавать чужих секретов. Спросишь у него сама… когда вернёшься в Энсолорадо.

— Когда вернусь, — со вздохом повторила девушка. — Но, Индр, как бы велики ни были мои силы, как я могу преодолеть проклятье чёрного единорога? Почему ты думаешь, что моей боли достаточно, чтобы получить благословение Кхора? Чтобы вершить судьбу целого мира!

— Я не знаю, Дженна, — отвечал музыкант. — Но моя сестра предсказала твой приход. Возможно, она знает больше? Красная считает тебя опасной, а я думаю иначе. По неведомой причине тебе удалось перебороть своё проклятие, ты научилась жить со своей болезнью… Быть может, в этом и заключается наша надежда?

Дженне вспомнились слова Таха Мортилора:

— В своих экспериментах я выяснил, что иногда болезни словно заботятся о благосостоянии своего носителя. Некоторые виды нельзя уничтожить. Но они же атакуют другие болезни, не давая погибнуть «хозяину»! А иногда болезни излечивают…

* * *

Странник продвигался всё дальше на юг. Он летел, скакал верхом, шёл лесами и полями, минуя города и деревни, нигде не задерживаясь больше чем на день.