– А палач и вправду стал тебе дорог, – хмыкает над ухом Блэйз, смертельно крепко прижимая меня к себе.

– Она уничтожит его…

– Нет. Если он добровольно отдаст ей своё тело.

Что это значит?.. Почему Рэйвен ничего не сказал мне? Почему просто велел довериться?

Не поняла бы. Запретила. Ни за что не согласилась бы на это безумство – вот почему!

– Осколок и палач Лимба, – Блэйз практически вплотную прижимается губами к моему уху, – как два вещества с мгновенной детонацией. Никто не хочет уступать другому – оба слишком сильны, слишком слепы и слишком уверенны в своей силе. Твой Осколок, маленькая моя, и палач Лимба – сущности с постоянным сопротивлением. Никто из них не сможет поглотить другого, пока… пока один из них не признает поражение.

– И что он делает? – голос звенит и ломается. – Рэйвен сдаётся?

– Тсссс… всё в порядке, я же сказал, – скользит кончиком носа по щеке, и я в отвращении дёргаю головой. – Сущность, что ты считаешь своим Осколком хоть и сильная до невообразимости, но глупа так же, как и другие анафемы – она никогда не сдастся. И она и понятия не имеет, что её используют. Уверена, что её убивают, но как только окажется внутри поймёт… что всё не так. Что тело палача сдаётся.

– Для чего всё это? Она сожрёт его душу! Не будет больше перерождения!

– Нет, не сожрёт. Если палач вовремя её выгонит. Он ведь палач. Расслабься, маленькая. Рэйвен знает, что делает.

Не понимаю. Ничего не понимаю!

– Рэйвен не говорил тебе, что Осколок не может занять и управлять телом заблудшего, если оно уже занято его сородичем? В этом и есть работа палача – он собирает, подчиняет себе, не даёт и шанса Осколкам воспользоваться его телом. Это она – сила палача, – дыхание скользит по коже, а руки держат слишком крепко, ни за что не вырваться. – Капкан для любой анафемы. Для любой… кроме твоего Осколка, которому сам палач сейчас даёт зелёный свет. И насколько мы знаем, на данный момент в нём находится не меньше чем около шести тысяч Анафем. А если моё мнение интересно – думаю, их гораздо больше.

– И что… что с ними будет, если «капкан» открылся?

– Смотри. Сейчас начнётся борьба за душу и тело палача. И угадай, кто победит?

Соня.

– Самая сильная.

– Сущность, которая была в тебе, – добавляет Блэйз, хватает меня за щёки и разворачивает голову в сторону Рэйвена. – Смотри. Ты должна видеть, как Лимбу приходит конец. Вот он – момент, ради которого ты умерла.

Тело Сони обмякает на столбе, глаза закатываются, белая пена стекает по подбородку, и Рэйвен наконец отпускает её лицо. Соня больше не нужна. Теперь мой Осколок находится в теле палача.