– Хочешь, скотч дам? – Нико с сочувствием посмотрел на хохочущего Горана. – Рот ей заклеим!

– Нет уж, как тогда ее целовать? – отказался супруг.

– Вооот! – я удовлетворенно кивнула. – А тебе, Ковач, припомню еще!

– В любое время, – и бровью не повел коварный богомол.

Что за?.. Мисс Хайд перестала улыбаться. Ярость, праведный гнев, злость. Чьи? Я осмотрелась, нахмурившись.

– Саяна, что? – Горан сжал мою талию. – Родная?

– Пока не знаю. – Пробормотала я, вглядываясь вперед. Супруг побледнел. – Сверни налево.

Слонопотам шустро побежал в том направлении, что Горан обозначил поводьями, и вскоре госпожа Ангел поняла, что не ошиблась. На розовато–бежевом песке лежала огромная клякса, напоминающая густой шоколад, разлитый в песочнице. Во все стороны от него тянулись «лапки», которые словно шарили вокруг, пытаясь что–то найти.

Когда мы подъехали ближе, стало понятно, что это высохшая лава. Наш «транспорт» наступил на одну из ее тонких отростков, и он, громко хрустнув, рассыпался, как пересохшая под земным жарким солнцем обычная грязь. Вот только вела себя она вовсе не обычно.

Невесомые частички взвились в воздух, а за ними вслед взлетели и песчинки. Закручиваясь небольшим вихрем, воронка слой за слоем срывала в полет и остальные «лапки» кляксы. Слонопотам замер, глядя на маленький смерч, что становился все больше. Нам тоже не оставалось ничего иного, кроме как глазеть на это чудо, хлопая глазами. Вихрь тем временем набрал силу, загустел и начал шарить изгибающейся, будто в танце, «ножкой» по земле, покачивая из стороны в сторону тяжелеющими «бедрами».

А потом, слизав с песка все остатки засохшей лавы, этот вполне уже добротный смерч резко метнулся в сторону, словно кобра бросилась на мышку, что беспечно выскочила из норки. Вот только оказалось, что добычей были не мышки, а пара демонов! Очевидно, те самые незримые соглядатаи Люцифера.

Проявившись из воздуха, они с криками махали руками, словно на них напал рой пчел. Это продолжалось недолго – вопли затихли после того, как заматеревший смерч, расшвыряв их в стороны, взмыл на секунду вверх, а потом обрушился на демонов, словно карающая справедливость преданного ими Господа.

Сорвав с них одежду, он загудел и нырнул в распахнутые уже в немом крике рты, заставив тела, принимающие синюшно–белый вид, как у люциофугов, задрожать в агонии. Еще секунда – и на песке остались лишь мелкие осколки костей. Разметав их тоже, смерч двинулся к нам.

– Саяна! – Горан заставил слонопотама отступать.

– Успокойся, – ответила я, – все хорошо. Геенская буря страшна только демонам.