— Хвала предкам! Значит, это был не сон. Это была встреча…

— И что?

— Я на самом деле находилась в объятиях Стефана.

— Как и Лата в моих, — во взгляде Джасинды читалось легкое сомнение. — И она была всем довольна…

— Она рада, что мы будем вместе?

— Да, — Джотэм одарил ее той мягкой полуулыбкой, что всегда заставляла ее сердце биться немного быстрее. Теперь настала его очередь выглядеть неуверенным. — А Стефан?

— Тоже.

Несколько минут царило молчание, так как они оба погрузились в свои мысли. Джасинда пыталась переосмыслить все, что говорил ей Стефан. Он посоветовал ей следовать своей интуиции, своему сердцу… но те утверждали, что ей стоит рассказать Джотэму о своих чувствах. И сказать это нужно было прямо сейчас.

— Я должна тебе кое в чем признаться, Джотэм.

— Ты можешь говорить мне абсолютно все, Джасинда.

— Я влюблена в тебя.

— Джасинда… — она не дала ему договорить, прижав пальцы к его губам.

— Не могу сказать, что мне это нравится.

— Что? — Джотэм увернулся от ее пальцев.

Его сердце, встрепенувшееся после первого признания, теперь рухнуло вниз.

— Я никогда не хотела быть королевой. Я могла стать ею еще в Доме Исцеления. Именно поэтому я избегала тебя в Академии, — она провела пальцем по его полной нижней губе. — Я всеми силами старалась избежать подобной ситуации, но, по всей видимости, у предков свои планы.

— Ты не хочешь разделить со мной свою жизнь? — Джотэм почувствовал, как у него все сжалось в груди.

— Конечно же, хочу! — возмутилась Джасинда. — Я люблю тебя. Тебя! Но мне не нравится смотреть, как любимый человек урабатывается до смерти. Я больше не смогу мириться с этим. Это уничтожит меня.

— Джасинда, Стефан умер…

— Потому что я никогда не противилась ему. Ни разу не потребовала, чтобы он сдержал свое обещание сбавить обороты. Он клялся мне, что останется председателем лишь одного комитета, что передаст свои полномочия другим. Но не сделал ни того, ни другого. А с тобой все гораздо хуже.