— Джотэм! Прекрати! — Джасинда вскочила на ноги и схватила его за руку, когда он уже собирался отвернуться. — Ты не можешь отвечать за поступки Дадриана. Он был взрослым мужчиной.

— А я был его отцом! Может, если бы я уделял ему больше внимания…

— Не могу точно сказать, помогло бы это или нет, — честно призналась она. — Но одно могу сказать наверняка. Именно благодаря твоему воспитанию Барек стал таким. Твои сыновья росли в одинаковых условиях. Их шансы были равны. А как они использовали то, что дала им жизнь, зависело лишь от них самих.

Затуманенный взгляд Джотэма начал медленно проясняться.

— Ты не осуждаешь меня, что я не сообщил Ассамблее, как положено? Я собирался объявить об этом до Вызова Кассандры, но она и Уилл убедили меня, что это может навредить Бареку. Они уничтожили все улики, связывающие Дадриана с нападениями.

— Что ты, Джотэм, нет! Мне не за что судить тебя. Я лишь сожалею о том, что тебе пришлось пройти через все это в одиночку. Что пришлось все эти циклы нести столь тяжкое бремя. Знаешь, Уилл с Кассандрой были правы. Если бы ты рассказал всем про предательство Дадриана… — Джасинда слегка вздрогнула от этой мысли, — Ассамблея перестала бы доверять тебе, Бареку и Дому Защиты в целом. Кассандра, возможно, никогда бы не стала королевой. Одрику удалось бы сохранить контроль над Домом Знаний, а Валериан остался бы Верховным адмиралом. Наш мир сейчас был бы совсем другим. И я не уверена, что хотела бы жить в нем.

Джотэм почувствовал, как его глаза наполнились слезами. Он даже не пытался остановить их. Лишь прижался лбом к лбу Джасинды. Ее непоколебимая уверенность и поддержка тронули его до глубины души. Ведь он боялся, что потеряет ее, когда поведает об отступничестве Дадриана и о своем решении скрыть это от общественности.

— Предки, Джасинда, — обхватив ее руками, он притянул ее к себе и впился в ее губы страстным поцелуем. — Как же я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — она осторожно стерла следы его слез и одарила его сексуальной улыбкой. — Отведи меня в постель, Джотэм.

Он с радостью подчинился.

* * *

Проснувшись, Джотэм лег на бок и, залюбовавшись спящей Джасиндой, непроизвольно стал накручивать на палец прядь ее длинных шелковистых волос.

Вчера, как только они добрались до спальни и оказались в постели, Джотэм без промедления взял ее, и они всю ночь любили друг друга. Сейчас только-только взошло первое солнце, поэтому Джасинда продолжала мирно спать у него под боком, а ее дыхание сопровождалось крошечными облачками между губ.

Джотэму не верилось, что можно испытывать такое удовольствие, просто лежа рядом с женщиной и смотря на нее. Это ощущалось так естественно, так правильно, что он точно знал, что сделает все возможное, чтобы она навсегда осталась рядом.