— Так почему ты считаешь, что выпил слишком много вина?

— Бутылка была пустой. А у меня было похмелье.

Мысли Джасинды впали в ступор.

Джотэму подобное поведение было абсолютно несвойственно.

Даже в те ужасные циклы после гибели Латы он никогда не пил лишнего.

— Надеюсь, ты проверил вино. Так ведь? — с вызовом бросила она, а Джотэм в ответ нахмурился.

— Вина для анализа не было. Я уже говорил тебе. Бутылка была пуста. Рони рассказала мне, что случилось. Я выпил слишком много и… потерял контроль.

— Она утверждала, что ты ее принудил?

— Нет. Она сказала, что все было по обоюдному согласию. Я извинился, и мы договорились забыть об этом.

— Пока не выяснилось, что она беременна. Скажи, ты убедился, что Дадриан был твоим сыном?

— Разумеется, я это сделал! Дадриан был моим.

— Ладно.

— Рони была расстроена не меньше меня, Джасинда.

— О, кто бы сомневался, — ее голос был полон сарказма и презрения.

Она вспомнила, с каким самодовольством смотрела на всех Рони, когда объявили о ее беременности. И как быстро она растеряла свою заносчивость, когда Джотэм отказался сделать ее своей королевой.

— Почему ты не веришь, что для нее это стало неожиданностью? — нахмурился Джотэм.

— Потому что ты ни разу не напивался до беспамятства. Единственной причиной, по которой это могло произойти, был подмешанный в вино дурман.

— Что?!! — Джотэм был по-настоящему шокирован.

— Сам подумай, Джотэм, — она наклонилась вперед, уперев локти в колени. — Ты же помнишь, как оставил Рони в комнате одну. Но после возвращения уже ничего не помнишь. И проснулся с ужасной головной болью. Если бы я сказала тебе, что подобное случилось с Уильямом, какой бы ты сделал вывод?

— Что его одурманили… — прошептал Джотэм.