— Не думаю, поскольку это только что произошло, — сообщил ему Дантон, когда Барек только нахмурился на Деффонда.
— Что тебя так беспокоит, Деффонд? — спросил Барек.
— Было решено, что только королевская гвардия будет сопровождать вас на балу, так как стажеры капитана Чемберлена будут помогать охране Дома Знаний. Но я отказываюсь доверять безопасность моей будущей королевы кому-либо, кроме наших собственных людей. Мне также нужно убедиться, что у члена Ассамблеи Мичелокакиса есть защита вместе со Стефани.
— Я буду в порядке, а Стефани — стражник, — сказал ему Дантон.
— Вы больше не
— Барек, — Дантон повернулся к нему в поисках помощи.
— Он прав, Дантон. Хотя большинство наших людей отреагируют на это положительно, есть и те, кто не отреагирует. Никто не приблизится к Джасинде, кроме тебя. Ты знаешь так же хорошо, как и я, что твоя мать будет потрясена, если тебе причинят вред.
Дантон тяжело вздохнул:
— Хорошо, но я не хочу, чтобы они приближались ко мне, пока ты не войдешь на бал. Это вызовет у всех подозрения.
— Я ничего не обещаю, — сказал ему Деффонд. — А теперь, если вы меня извините, мне нужно сообщить Питеру об этой перемене и Грину. Принц Барек, вы останетесь в Королевском крыле до нашего отъезда? — Хотя Деффонд сформулировал это как вопрос, ни один из мужчин не сомневался, что это был приказ.
— Да, — сказал ему Барек.
— Хорошо, тогда член Ассамблеи Мичелокакис, если вы последуете за мной, я прослежу, чтобы надлежащая охрана сопроводила вас обратно в Общественное крыло.
***
Глаза Аделаиды расширились, когда она смотрела, как Дантон Мичелокакис выходит из тщательно охраняемой двери, которая, как она знала, вела во внутреннее крыло Дома Знаний. Туда, куда ни ей, ни Эллиоту никогда не разрешалось входить. За ним шли несколько королевских гвардейцев Дома Защиты.
— Эллиот! — зашипела она. — Ты видишь то, что вижу я?
— Хм? — глаза Эллиота обежали комнату, быстро заметив то, что так расстроило его жену, а его собственные глаза расширились. — Да, вижу.