— С чего вдруг поклоннице Регио соглашаться собрать воронов Лора?

Антони наблюдает за тем, как ворон приземляется на крышу дома, принадлежащего, судя по всему, Бронвен.

— И опять же, как? Обсидиан опасен для…

— Поклоннице?

Я вынимаю пальцы из гривы Ропота и ставлю руки на луку седла. Как может Антони сравнивать меня с каким-то бездумным фанатиком? У меня хватает здравого смысла.

— Мне может быть и нравится Данте, но это не относится к Марко. Именно поэтому, Антони, я и согласилась собрать этих легендарных воронов.

— Ты ведь понимаешь, что если лишишь Марко Регио трона, то это не принесёт тебе дополнительных очков в глазах его брата?

Похоже, Бронвен не рассказала ему о той части пророчества, где я становлюсь королевой. Думаю, очень скоро он об этом узнает.

— У Данте не самые лучшие отношения с его братом. Он всё поймёт.

— Tà, Mórrgaht, — Бронвен кивает, взгляд её белесых глаз прикован к тому месту, где сидит ворон.

Морргот? Так зовут это существо?

Я, по-видимому, спросила это вслух, потому что Антони говорит:

— Существо?

— Вóрона.

Когда он продолжает хмуриться, я добавляю:

— Мифическую штуковину с крыльями, которая сидит вон там. Его зовут Морргот?

— Штуковину?

Он что не в себе?

— О, боги, Антони. Что с тобой такое? Почему ты повторяешь всё, что я говорю?

Несмотря на то, что рот Антони раскрыт, Бронвен говорит первая.