«Потому что ты последняя в своём роду».
«Потому что ты последняя в своём роду».«Последняя? Может быть, первая, нет?»
«Последняя? Может быть, первая, нет?»«Твой отец превратился в кусок обсидиана».
«Твой отец превратился в кусок обсидиана».«Ах, да. Мы же его не считаем. Но разве люди в очень толстых перчатках не могут тебя освободить?
«Ах, да. Мы же его не считаем. Но разве люди в очень толстых перчатках не могут тебя освободить?«Ни фейри, ни люди не могут выудить обсидиан из наших тел. Это сделано для нашей защиты».
«Ни фейри, ни люди не могут выудить обсидиан из наших тел. Это сделано для нашей защиты».Его голос звучит так же мрачно, каким выглядит сейчас небо над рощей, которая похожа на арену, где мне придётся сразиться за свою жизнь и жизнь его ворона.
«Значит, только полувороны?..»
«Значит, только полувороны?..»Прежде, чем он успевает ответить, мне в голову приходит другой вопрос.
«Тогда почему я не превратилась в кусок обсидиана?»
«Тогда почему я не превратилась в кусок обсидиана?»«Потому что твоя магия была заблокирована в чреве твоей матери, Фэллон».
«Потому что твоя магия была заблокирована в чреве твоей матери, Фэллон».Мне кажется, что мост начинает раскачиваться под моими ногами. Я хватаюсь за веревку, так как моё беспокойство о токсичных растениях сменилось чем-то большим.