— Надо где–то недалеко устроиться, сидеть и ждать, — произношу уверенным тоном человека, который даже не сомневается, что руководить всем будет именно он.

Тут по мне резко проходит разряд боли. Сильной боли. Наверное, очень сильной, раз пробилась через возведенные щиты, и выкручивает меня, несмотря на попытки скрыть происходящее. Разобраться, кому из двоих плохо, Бхинатару или Рики, я не успеваю, — боль исчезает. Но слово «ждать» с этого момента вызывает у меня агрессивную ненависть. Пока мы будем сидеть и ждать, их там будут пытать, чтобы мы потеряли осторожность, совершили ошибку и попались. Ненавижу!

Так, спокойно. Выдыхаем…

Сжав руки в кулаки, я заставляю себя успокоиться и начать думать.

Для начала выясняю у Джиди, что это за здание. Тюрьма для особо опасных преступников. Охрана и обычная, и магическая, и, вообще, оттуда еще никто никогда не сбегал. Отлично, значит, мы будем первыми.

Теперь надо обследовать эту тюрьму. Поэтому сначала в разведку отправляется Чхар. Один. С наказом никуда не лезть, никого не убивать и вернуться ровно через час.

Небольшие механические измерители времени оказались только у меня и у Ярима. Здесь они были не наручными, а кулонами. Сверив время, я повесила свой кулон на шею Чхару.

— Ровно час! — повторила я несколько раз строгим голосом.

И дождавшись, когда дроу растворится в тенях без всякой магии, мы какое–то время просто молчим. Но молчать в течение часа неприлично, и вообще, надо же как–то начать знакомиться с новым сотоварищем. Только пока я собираюсь с мыслями, Ярим меня опережает:

— А чего колец так мало, совсем нищий, что ли?

Тролль, нахмурившись, смотрит на гнома. Я тут же вспоминаю, что у них тут межрасовый конфликт же, и чтобы воспринимать Ярима нормально, нужен опыт… поэтому быстро вклиниваюсь:

— С каких пор тебя стало волновать чужое состояние финансов?

Гном заткнулся, очевидно, сообразив, что когда молчит — умнее кажется. Однако тролля потянуло развить тему:

— Все бородатые этим страдают.

Я пальцами вцепляюсь в руку гнома и сжимаю ее изо всех сил, с напряжением следя за его мимикой, как сначала вспыхивают от возмущения широко распахнутые глаза, потом приоткрывается рот, готовясь извергнуть достойный ответ, затем Ярим делает глубокий вдох и…

— Я не страдаю, а интересуюсь.

Уф–ф! Так, впереди еще час… Час ожидания Чхара и напряженного контроля за обстановкой.

Заткнуть бы их двоих магически и выдохнуть. Но нельзя — обидятся. Сидеть и ждать, пока передерутся тоже нельзя. И тут меня осенило.

— Ярим, дай мне на секунду мой рюкзак!

Карты. Умный, замечательный гном положил их в рюкзак, так что мы тут сейчас тихо, в тенечке между домами перекинемся в переводного.