— Поздравляю, — и никаких эмоций, совершенно никаких.

— Рики, что происходит?! — едва сдерживая слезы, я прорвалась к любимому мужчине в голову, давя в себе желание, схватить его за рубашку и трясти, трясти, трясти…

— Все нормально, леди. Просто в очередной раз ошибся в женщине, — верность вашему полу не свойственна.

И, ударив меня этой фразой настолько сильно, что слезы все же потекли по щекам, Рикиши, развернувшись, прямой, как будто проглотил палку, скрылся в башне, являющейся переходом между домами джинов.

А я осталась, растерянная, заплаканная, с грузом вины за то, что действительно изменила, и полным непониманием, как жить со всем этим дальше.

— Госпожа?.. — Бхинатар, надежный и верный, оказался рядом, обнимая, оберегая и ожидая моих пожеланий и решений. Внешне муж был идеально спокоен, но внутри — волновался и переживал.

— Пойдем к остальным. Они не виноваты, что у кого–то приступ ревности разыгрался, — я тоже выпрямилась, как будто проглотила другую палку, и натянула на лицо маску невозмутимости. Сначала было очень трудно сдерживаться и не плакать, а потом… Я ведь, действительно, соскучилась не только по Рикиши!

— Мамуля, забей, перебесится и вернется! — Ярим, улыбчивая счастливая радость моя, светился и сиял, прижимая к себе такую же довольную, хотя и немного расстроенную выходкой Рики, Джиди.

Эльфы, вообще, были в полном недоумении и вопросительно посматривали на меня, заметно волнуясь. Чхар улыбался, поглядывая на нас с Таром и откровенно радуясь за брата. Клим… Этот, как всегда, был невозмутим и таинственен. Шакрасис бросал недовольно–осуждающие взгляды в ту сторону, куда скрылся Рикиши.

Нибрас тоже улыбался. Однако, выждав, когда мы наобнимаемся и наболтаемся, а счастливый гном, прижимая к груди маску, устанет переспрашивать, действительно ли я видела дракона, демон отвел меня подальше и попросил:

— Верните его, леди Мируан. Пока он не натворил глупостей, о которых сам потом пожалеет.

Вздохнув и предупредив Бхинатара, чтобы не волновался, я пошла искать своего ревнивого любимого.

Нашла я его в одном из домиков, распивающего вино и мило болтающего с Аланазаром. Увидев меня, он спокойно поставил стакан на стол и поинтересовался:

— Дроу настолько сильно не удовлетворяет мою леди, — о, никогда не думала, что можно вот это обращение: «моя леди», произнести с настолько презрительной интонацией, — что она не постеснялась сбежать от него ко мне вместо того, чтобы просто приказать прийти?

Сначала я приготовилась залепить Рики по роже, даже рукой едва заметно замахнулась, а потом… на меня дохнуло дикой тоской и перегаром, одновременно, и я передумала.