Помню, как меня несли по ночным улицам. Но я смотрела, не отрываясь, в родное лицо, любовалась его глазами, ставшими напоминать темный шоколад, вместо молочного. Зачем–то лепетала все последние новости, иногда повторяясь и заговариваясь. Пару раз даже нашла в себе силы перевести взгляд на Тара и убедиться, что он тоже рад и совсем не ревнует.

Где–то, уже возле нашего дома, я сообщила, что беременна и снова разрыдалась, не совсем осознавая почему.

Рикиши положил меня на кровать и уселся рядом, а Бхинатар вышел, вроде сказав, что мне за водой… Не помню. Помню только, что Рики попытался встать, и я тут же тоже подскочила, схватила его за руку, притянула к себе, заглянула в его глаза и принялась торопливо раздевать, словно боясь, что он снова исчезнет, а я не успею побыть с ним. Почему–то мне казалось, что это важно, очень важно, ощутить его, ощупать, загладить, зацеловать, насладиться каждой частичкой его нового тела, родного и, одновременно, незнакомого.

— Как тебе удалось?..

— Меня подхватила Маласса и унесла в разрушенный город драконидов, плод эксперимента Силанны и Асбиэля. Дракодемоны.

Слушая, я одновременно гладила по плечам, которые стали чуть шире, по груди… Провела по тонкой белой полоске на смуглой коже, там где год назад был нож, прикоснулась к шраму губами.

— Дракодемоны?

Нетопырская скорость, явно, осталась в прошлом, поэтому меня Рики раздевал медленно, осторожно, неуверенно, как будто забыл, как это делается. Я провела кончиками пальцев по его руке, сжала ладонь, потом поднесла ее к лицу и принялась с удовольствием разглядывать. Его пальцы стали длиннее, а ногти — гораздо толще и острее, как у Нибраса.

— Да, Благодаря крови Арката, я стал одним из них, а благодаря крови Малассы, смог выжить. Но все человеческое во мне умерло.

— Плевать! — я сдернула с Рикиши штаны, обняла его за бедра, прижимая к себе, как можно плотнее, погладила по ягодицам, с усмешкой слегка сжала хвост, проскользила по нему, добралась до кисточки…

— В отличие от Шакрасиса, у меня он эрогенной зоной не является, — усмехнувшись, уточнил Рики, подхватывая меня под бедра и опрокидывая на кровать.

— Является, — прошептала я, задыхаясь от его поцелуев. — Еще как является! Меня очень возбуждает эта кисточка…

— Обязательно попрошу Джиди научить меня пользоваться хвостом так же ловко, как она, — пообещал мне Рики.

Я кивнула, обнимая его руками за плечи, а ногами за талию:

— Надеюсь, ты не забыл, как пользоваться другим своим органом? Я так соскучилась…

— Судя по тому, что ты беременна, Бхинатар иногда все же исполнял супружеский долг, — в голосе Рикиши зазвучали нотки ревности, но мне уже было все равно. Я даже по этому соскучилась… Пусть ревнует! Пусть капризничает. Пусть манипулирует… Я люблю его таким, какой он есть.