Светлые эльфы полностью переехали к себе в лес, а Чхар гостил то у них, то у нас, никак не решаясь обзавестись собственным домом.

Я как–то уговорила его встретиться с Сонолой, но ничего хорошего из этой затеи не вышло. Тетушка попыталась сначала разговорить непутевого сына, потом надавить на него, потом обругала меня, и на этом семейное воссоединение закончилось. В сущности, древу Тарнизо ничего не угрожало, официально вся моя так называемая родня оказалась под опекой короля, а неофициально продолжала жить так, как ей нравится.

Мельком мне даже удалось увидеть ту самую Алису, — она перенеслась вместе с Сонолой и с любопытством изучала и меня, и Бхинатара, и Чхара. Но я не услышала от нее ни слова, она вела себя, как идеально воспитанная яхольская леди: скромно, тихо, незаметно.

Странное ощущение. Наверное, подобное испытал Рикиши, когда увидел Ришабху. Вроде бы внешнее сходство такое, что не по себе становится, но при этом сразу понимаешь, что перед тобой чужой человек. Какое–то не совсем здоровое любопытство притягивает и отпугивает, одновременно. А еще раздражение небольшое — как же, ты считал себя индивидуально–эксклюзивным творением, и вот, надо же. Страшно, опять же, почему–то.

А еще, одновременно, наивно рассчитываешь, что раз внешне похожи, значит, и внутренне что–то должно быть общее. И ты ищешь это внутреннее сходство, приглядываешься, а его нет, вы абсолютно разные.

Когда Алиса скинула плащ, и я разглядела ее эффектный наряд и идеальную, волосок к волоску, прическу, мне захотелось завыть от горя. Я как будто услышала рядом голос Рики: «Жду не дождусь, когда вы снова начнете носить платья…» Не дождался.

Алиса же, оглядев мой дроувский брючный костюм, пошитый на заказ у лучшего портного, молча презрительно наморщила носик.

— У вас даже мимика разная, госпожа, — успокоил Тар, чувствующий меня, как никто другой. Никто, кроме него и Рикиши.

Короче, не сложилось у нас семейное свидание.

А вот с Лаирасулом и Гэллаис у Чхара были прекрасные отношения, лучше, чем со всеми остальными жрецами. И пропадал он у них иногда на месяц, иногда на полтора. Потом заявлялся к нам, как бы показывая, что у него все хорошо. Молчаливый, скрытный, загадочный.

Клим же путешествовал по Истейлии и, явно, что–то искал, причем в одиночку, отказываясь от нашей помощи и упорно твердя, что это только его дело. Важное, нужное, но только его.

Иногда и он заявлялся, правда, не к нам, а к Яриму и Джиди. Отсыпался и отъедался, чтобы потом снова отправиться искать что–то или кого–то.

И тут, неожиданно нашли тела, другого короля, той Истейлии, что пала в войне с Яхолией, и его двоих сыновей. Они были заморожены в контейнерах с прозрачными крышками, и, по идее, давно мертвы. Однако нынешний король решил поступить как порядочный человек, каким он, в принципе, и был, поэтому разбудил Кали, чтобы она явила свою божественную силу и сама решила судьбу королевской семьи.