– Тайг…

– Не-не, все в порядке. Мне нравится, когда я знаю, где проходят личные границы. Весьма облегчает жизнь. – Тайг бросил в рот кубик сахара и встал. – Встретимся в пятницу в половине третьего в пабе «Арки». – Он ухмыльнулся. – Надень что-нибудь миленькое.

С этими словами он развернулся на каблуках и зашагал прочь. Кто-то подошел ко мне сзади и положил руку мне на локоть.

– Куда это он? – Роберт хмуро посмотрел вслед Тайгу, наблюдая, как тот лавирует между пешеходами.

– Он остановился в другом месте на следующие несколько дней, – сказала я, когда Тайг скрылся за ювелирным магазином.

Скорее всего, он вернется в свой замок и проведет остаток недели, занимаясь всем тем, чем обычно занимаются принцы. Будет считать золото, читать письма и соблазнять женщин.

Роберт схватил меня за талию и развернул к себе. Старухи за соседним столиком теперь смотрели в нашу сторону с одобрительными улыбками на лицах.

– Великолепно, – засмеялся Роберт. – Не могу дождаться, когда мы останемся с тобой наедине.

Я буду наедине с Робертом. Единственное, чего мне хотелось больше, так это увидеть Эйвин. Но поскольку это пока невозможно, я решила позволить себе насладиться временем с Робертом.

Пахнувший рыбой, солью и водорослями ветер попытался растрепать мои собранные в высокую прическу волосы, пока мы с Робертом шли к экипажу.

Стая чаек с криками кружит среди серых облаков. Вокруг нас резвятся дети, играя в пятнашки со смехом и визгом.

Мы остановились, чтобы пропустить их, но одна чумазая девочка запуталась в моих юбках.

– П-простите, миледи, – пропищала она, делая неловкий реверанс.

– Все в порядке…

– Смотри, куда идешь, грязная оборванка. – Роберт оттолкнул ее в сторону.

Девочка бросилась бежать к своим друзьям, едва не сбив с ног пару, которая шла впереди нас.

– Грязная оборванка? Как можно такое говорить ребенку, Роберт? – Я сердито посмотрела на его недовольное лицо. – Она ведь не специально.

– Специально или нет, язычники не научатся хорошим манерам, если не учить. А учить тому, что социально приемлемо, а что – нет, очень важно.

– Этой девочке не больше семи-восьми лет. У нее еще достаточно времени, чтобы обучиться светским манерам, – возразила я, чувствуя, что мне неловко держать Роберта под руку. Его рука показалась мне необычайно тяжелой.

Я натянуто улыбнулась и отняла руку, притворяясь, что поправляю шпильки в волосах.