В глубине души я, наверное, осознавала, что нет его вины ни в чем, но сердце не могло принять это.

"Предал!"

Эта мысль царапала душу, впившись в нее мертвой хваткой.

— Я никуда не уйду и не оставлю, — поджав губы, он упрямо выпятил подбородок. — Не оставлю, слышишь!

— Ты уже оставил! — не выдержала я. — Ты уже это сделал!

— Да о чем ты? — он тряхнул меня и впился взглядом в мое лицо.

Не понимал. Не помнил и даже не догадывался. Я так хотела выпалить ему в лицо обвинения. Выплеснуть на его голову свою боль, и... Не смогла. Остатки здравого смысла шептали, что он не виноват. Что это обида говорит за меня. Что нельзя так... Нельзя...

— Как звали твою избранную, Оуэн?

Зачем я это спросила? Душа обмерла в ожидании ответа. Надежда, что вспомнит, осознает, забилась в сердце как маленькая птичка в клетке...

Зачем я спросила...

— Какое это имеет значение? — он лишь приподнял бровь. А в глазах немой вопрос.

— Как ее звали? — не выдержав, выкрикнула ему в лицо.

— Не знаю, — в его голосе появился холод. — Не помню. Никто не помнит. При чем тут она? При чем тут эта девочка? Ее нет, понимаешь. Ее уже нет...

— Ни при чем, — меня обуяла ярость.

Вот так... Меня нет. Меня для него просто нет.

Что-то тихо рыкнув, Хэйл зашел в комнату и остановился у кровати. На его лице заиграли желваки. Но он молчал. Уложив меня на мягкую перину, откинул одеяло и, стащив с ног обувь, укрыл.

Его забота окончательно добила.

— Уходи, — выдохнула я. — Оставь одну.

— И не подумаю, — он демонстративно сел на кровать рядом со мной. — Хватит меня гнать. Это откровенно злит. С чего вдруг ты меня гонишь? Объясни, что произошло между нами? Какая кошка пробежала и когда она успела? Хорошо же все было и вдруг!

— Да видимо тебе хорошо, а мне нет. Уйди. Просто уйди и все.