Что-то рыкнув себе под нос, он вскочил на ноги и прошагал к двери, взялся за ручку, но обернулся.

— И не думай, что оставлю, Айла. Не дождешься! Я за лекарем. Ты бледная и явно нуждаешься в помощи.

— Не стоит... — попыталась возразить, но нарвалась на такой яростный взгляд, что умолкла.

— Я не спрашиваю, ставлю перед фактом.

Он вышел, дверь за ним захлопнулась.

Разжав кулаки, я запустила ладони в волосы. Если Хэйл — это мой Оуэн, то дядя Сэтт...

Меня пробрала дрожь. Я не могла сопоставить своего личного монстра с этим добрым мужчиной. Да у него были недостатки, но чтобы детоубийца...

Нет... Мой разум отказывался воспринимать такую правду. Он ведь так был мне рад.

Да. Слишком рад. Как имя услышал, как меня рассмотрел.

Узнал? Не мог не узнать! Слишком много обо мне расспрашивал. Слишком... Он все это время знал, кто я, и виду не подавал. Но ведь понимал — правда всплывет. И ждал, сознательно толкая меня в руки сыну.

В голове окончательно все смешалось.

Соскочив с кровати, подбежала к двери и открыла... Успела сделать всего шаг и остановилась. По коридору шли счастливые родители, Ульви и Маника. Она смущалась и отворачивалась, но при этом цеплялась за руку брата. Папа что-то тихо сказал и послышался негромкий смех.

Наверное, в иной ситуации я бы побежала к ним и присоединилась к их счастью... Но сейчас... Ощутила лишь горечь и злость. Прикрыв глаза, развернулась и пошла в другую сторону коридора к лестнице. Они и не заметили.

Казалось, меня предали все разом.

Ноги несли вперед, а сердце сжималось от ужаса. Сама не поняла, как оказалась у кабинета орина Сэтта. Несколько раз шумно выдохнула и вошла без стука. Он был здесь, сидел за столом. Услышав, как скрипнула дверь, поднял голову и улыбнулся. Так тепло и с такой нежностью, что у меня слезы навернулись на глаза.

— Айла! Что случилось, доченька?

Эта фраза эхом зазвенела в голове. Пройдя вдоль стеллажей, заглянула за шкаф и вытащила карту. Отнесла ее на стол и развернула перед мужчиной.

Он взглянул сначала на нее, потом на меня и разом словно постарел.

— Да, — мужчина медленно кивнул, его челюсть странно затряслась. — Слишком много времени в ту ночь мне потребовалось, чтобы осознать, что я сотворил. Когда в моих руках застонал Оуэн... Когда я понял, что он жив, вдруг передо мной встало твое личико. В крови, в саже, с воспаленными глазами. Я так старался успеть исправить то, что сотворил, но, когда вернулся. Тебя уже не было. Я нашел лишь догорающий дом.

Странно, я ведь уже поняла, что это он. Была готова к этому... Готова!