Резко повернув голову, все же пошатнулась и схватилась за стену.

Дверь на террасу была распахнута.

Медленно, стараясь унять головокружение, добралась туда и вышла.

Холодно. Резкий порыв ветра ударил в лицо. Но мне стало легче.

Хэйл. Он был здесь. Сидел у перил, оперевшись в них затылком и откинув голову.

Мой сильный и порой даже жёсткий дракон с глазами что грозовое небо сейчас выглядел как потерянный мальчишка.

Мой Оуэн.

Как сильно он изменился. И в то же время остался прежним.

Мой Хэил.

Улыбнувшись, я прошла вперед и остановилась рядом. Душа сама потянулась к нему. Запустив пальцы в густые темные волосы моего мужчины, я прижала его голову к себе и погладила. Он не сопротивлялся. Совсем. Мужские руки обхватили меня за бедра, и через мгновение он сам упёрся лбом в мой живот.

— Я проснулся, а тебя нет, — услышала я тихий шепот. — Подумал, что ты не захотела быть со мной в одной комнате.

— Что ты, — я ласкала его как ребенка. — Всего лишь не хотела потревожить тебя и проведала твоего отца.

Хэйл мгновенно напрягся.

— Никогда ему не прощу...

— Простишь, — мягко оборвала его на полуслове. — В моей жизни было так много страха и ненависти, что я наелась ими сполна. А дальше я хочу жить без всего этого. Дядя Сэтт — хороший человек, добрый. Просто все мы порой теряем голову. Все мы бываем жестоки. Он всегда любил тебя и желал только лучшего. А я, увы, "лучшим" в тот момент не была.

— Он все эти годы обманывал меня, Айла. Я ведь даже не понимал, зачем мне жить. Я помню тот день, когда отец привез меня на твою могилу. Тогда умерла надежда найти ту девочку на берегу. Это все, что я помнил и знал. Я потерял девочку, и я должен был ее спасти. Хотя сам не понимал: от чего и от кого. А, выходит, от собственного отца, который даже память о ней предпочел закопать в землю.

— Нет, Оуэн, — я сильнее прижала его к себе. В его объятьях стало теплее. — Не от твоего отца ты спасал меня тогда — от моего. Это он столкнул тебя в реку. Я не хочу ворошить прошлое. Это не те воспоминания, что нужны нам. Было много другого. Хорошего, светлого...

— Я ничего не помню, Айла, — его ладони судорожно сжали ткань сорочки. — Мне иногда кажется, что прошлого просто не существовало. Не было никогда Оуэна - я очнулся уже Хэйлом.

— Был, — я улыбнулась сама себе.

Склонившись, провела костяшками пальцев по чешуе над его бровями. Все же незавершенный оборот оставил след на его внешности. Если раньше на лице моего мужчины можно было обнаружить хоть какие-то намеки на мягкость, то теперь и их не осталось. Но я знала, что там глубоко в душе мой дракон — игривый лежебока, любящий, когда ему чешут бочок.