Казалось, спуск занял целую вечность.

И чем ниже они уходили, тем жарче становилось.

Примерно на полпути Дэгс уже потел, вытирал лоб рукавом футболки и чувствовал, как к нему подкрадывается клаустрофобия.

Феникс теперь держалась не за его руку, а за ладонь, наверное, потому что на крутой лестнице так было удобнее. Её пальцы были горячими, потели в его руке, но она не разжимала хватку; если уж на то пошло, то чем ниже они спускались, тем крепче она его стискивала.

Когда они наконец-то добрались до низа, Дэгс обернулся через плечо.

В нижней части туннель немного изгибался, и жар ощущался более сильным.

— Вы всё ещё можете вернуться, если хотите, — прямо сказал он, глядя на всех.

Азия и Карвер переглянулись, затем посмотрели на Дэгса.

Глаза Азии раскрылись неестественно широко, как будто занимая всё её лицо. Она вспотела, длинные тёмные волосы липли к шее и лбу. Она опустила капюшон и расстегнула толстовку спереди, но всё равно выглядела так, будто сидела в сауне, не снимая одежды.

— Нет, — сказала она. — Нет. Мы идём.

Дэгс поколебался, затем кивнул.

Он практически знал, что она так скажет.

— Держитесь позади меня, — прорычал он.

Он не смотрел на Феникс, но крепче сжал её ладонь, и она подвинулась ближе к нему. Он почувствовал, что Карвер это заметил, увидел, как хмуро поджались губы на этом раздражающе красивом лице. Но Дэгс постарался это проигнорировать.

Что бы ни происходило между Феникс и Карвером, а также между ним и Феникс, в данный момент это наименьшая из его проблем.

Повернувшись к новому сегменту туннеля, он пошёл вперёд.

Дэгс продолжал двигаться настороженно, держа тело почти в бойцовской стойке, пока проходил место изгиба, которое вело в более короткий туннель. В его конце оказался ещё один поворот, на сей раз направо.

Затем пульсирующий красный свет оказался прямо перед ними.

Дэгс пошёл туда, чувствуя, как напрягаются его мышцы и сжимаются челюсти.