– Этого должно хватить. Спи крепко, малышка-охотница. Завтра важный день. – Ава протянула пустой шприц Григору и вышла из камеры, демон покорно последовал за ней по пятам. Она заперла дверь и повернулась к выходу, как вдруг остановилась и обернулась на меня. – Ох, думаю, тебе будет интересно узнать, что я поистине близко познакомилась с твоим воином. Он даже аппетитнее, чем…

Я ударила по решетке так сильно, что с потолка посыпались частицы штукатурки.

– Я разорву тебя на куски, если ты тронешь его, кровососущая сука.

Она отпрыгнула назад.

– Умерь пыл. Так и знай, что эти прутья усилены, чтобы сдерживать зрелого воина. Так что не трать понапрасну силы. Они тебе понадобятся.

Я дождалась их ухода и рухнула на пол, позволив, наконец, отчаянию окончательно овладеть мной. Я плакала о Николасе и его страданиях, которые ему приходится сносить из-за меня. Плакала о жизни, которую мы должны были прожить вместе; плакала о том, что так долго ждала, чтобы сказать ему о своей любви. Плакала о двух юных девушках, которые больше никогда не увидят свои семьи, и обо всех тех людях, оставшихся далеко позади. Я плакала до тех пор, пока во мне не осталось ни слез, ни сил подняться с пола.

Среди ночи я проснулась оттого, что Анну привели обратно в камеру. Я несколько часов прождала, пока принесут Грейс, но она так и не вернулась.

Я сидела на каменной платформе. Ждала, когда они наконец-то придут за мной. После того как выплакала все глаза прошлой ночью, на меня снизошло странное спокойствие. Это было не принятием моей судьбы, а признанием того, что я ничего не могла сделать, чтобы изменить ее, сидя в этой камере. Если я чему и научилась в своей жизни, так это тому, что ни в чем нельзя быть уверенной и невозможно предугадать, как обстоятельства могут измениться буквально за минуту.

Ава Брайант и другой вампир, которого я видела вчера, подступили ко мне, и я не сказала ни слова, когда мужчина открыл камеру и приказал мне выйти. Проходя мимо камеры Анны, я увидела маленькую фигуру, свернувшуюся калачиком в дальнем углу, и у меня защемило сердце. Грейс исчезла, и у меня сложилось впечатление, что Анна недолго протянет в этом аду.

Мы вышли за дверь и направились вдоль по коридору, прежде чем достигли лестницы. Ава подхватила меня под руку, а мужчина-вампир пошел впереди нас, пока мы поднимались по ступенькам. Когда мы оказались в просторной кухне, мне пришлось прикрыть глаза руками, чтобы защититься от яркого света после целого дня, проведенного в тускло освещенной камере.

«Сара?»

Я едва не вскрикнула, услышав голос Николаса в своей голове. Он был слабым, но реальным, и я машинально повернулась на него.