– Чтоб я ещё раз села с тобой в одну машину, Ив!

   – Чтоб я ещё раз тебя подвозила, – ответила Ива всегдашним вялым, равнодушным тоном. – Твои дешёвые духи провоняли мне весь салон.

   «Салон» она произнесла в нос, как говорят на юго-западе. Ива была в Юкори три года назад, с тогдашним мужем. Оттуда она привезла открытки с видами, герпес и жутчайший прононс. Герпес она вылечила, открытки раздала родне в качестве сувениров из самого дорогого курортного города мира, а прононс оставила себе навсегда.

   Нотариус пригласила дочерей Артоми сан Марна располагаться – к их услугам предлагались кресла с кожаной обивкой. Цвет когда-то, видимо, мог называться бордовым, но сейчас он был засаленный. В животе Рены заурчало, и она поёрзала на скрипучем сиденье. Она рассчитывала, что скрип замаскирует звуки из живота.

   Секретарь, совсем ещё мальчик, принёс на подносе четыре миниатюрные оловянные чашечки с кофе. На каждом блюдце сиротливо лежало по сырному печенью с травами. При виде угощения Рена ощутила в желудке спазмы. Она уже сама чуть не взвыла в тон урчанию, доносящемуся из её живота. Ива покосилась на неё и спросила почему-то у средней сестры:

   – Давно она покрасила волосы? Ужасный цвет. Будто ржавчина.

   – У неё всегда такие были, - язвительно ответила Лора. – Прекрати скрипеть креслом, Рена, неловко перед сан Риммой.

   «С такими деньгами, которые ей платят клиенты, она может выслушать и не такие звуки, – подумала Рена, – да и на угощение к кофе могла бы не скупиться. Боже правый, как хочется куриную ножку с клюквенным соусом. И картофельного пюре. И тушёной моркови с базиликом…»

   Она и не заметила, как сглодала ужасно твёрдое, словно деревяшка, почти безвкусное печенье. Кофе в чашечке хватило ровно на два глотка. Рена с жадностью уставилась на нетронутое угощение, стоящее перед Ивой. Как она заметила, Лоресия тоже проглотила всё в один момент. Хотя она-то вчера и утром поела в своей забегаловке, наверняка поела. А у Рены второй день в доме ни крошки.

   – Три месяца со смерти Артоми сан Марна прошло. Сегодня мы распечатываем конверт, – сан Римма положила руку на толстый пакет, лежащий на столе перед нею. - Надеюсь на ваше понимание. Предупреждаю, что оспорить завещание вы, конечно, можете. Но это будет стоить…

   Тут нотариус написала на листочке несколько цифр. Ива поджала губы, передала бумажку Лоре, а та вернула её сан Римме.

   Рена лишь проводила глазами листочек, который нотариус тут же смяла и бросила в корзину для мусора.

   – Я не буду оспаривать, – сказала Ива безразлично. – И сёстрам не посоветую.