Глава 38

Глава 38

Глава 38

Отпихнув коробку внутрь помещения, Керроу закрыл дверь в архив и потянул меня выше.

С одной стороны, хотелось вернуться за чемоданом – глупо улетать в чужой дом без единой сорочки. С другой… я не забыла, что там дежурит матушка Даннтиэля. Так что ну их к гхаррам, эти сорочки!

– Посиди пока тут, Эйвелин, – вырвал меня из мыслей ректор и пропихнул в какую-то не самую чистую комнату. Явно не пользующуюся популярностью и покрытую пылью со всех углов.

То ли склад, то ли чулан… то ли тюрьма.

Последнее предположение мой внутренний теоретик, обезумевший от внешнего дурдома, сделал слишком поздно. Как раз когда за нами плотно закрылась дверь и единственным источником света стало крошечное окошко под потолком.

– Сир ректор… – настороженно прошептала, чувствуя феерический дискомфорт от одной мысли, что осталась с «красавчиком Керроу» наедине. В пыльном чулане. За закрытой дверью.

То есть кому-то это, может, и понравилось бы. Рисске, к примеру. Романтика и все такое. Но точно не мне.

– Мисс Ламберт, давайте начистоту?

– Давайте, – я инстинктивно попятилась.

Я люблю загадки, а вот сюрпризы – совсем не моя тема. Хотя сейчас и от тайн тошно было, аж до изжоги.

– Мне до гхарровой… кхм… словом, мне надоело за вами гоняться. Я уже немолод и не совсем здоров, – выдохнул Керроу, делая шаг ко мне. Ткнул пальцем на какой-то деревянный короб внизу. – Сейчас вы сядете на этот ящик и будете меня ждать. Потом я вернусь, и мы вместе определимся, что мне с вами делать. Идет?

– Не надо со мной ничего делать, – я ошеломленно бухнулась на ящик, сжимаясь под недобрым синим взглядом. – Вы же с моим отцом старые приятели… И с Данном… тоже…

Да нет же! Не может он причинить мне вред. Это же Найджел. Красавчик ректор, по которому мы с подругами сохнем с первого курса. С синими банными полотенцами, тонной хлопот и раздражающей почтой Ее Величества…

– С «Данном»! – хмыкнул он язвительно. – Вы уже подружились… Как все быстро, да, когда вас тянет друг к другу само мироздание? Помолвка… Нет, вы видели? Помолвка!

Ох, не того лечил Граймс от безумия, не того…