На то, как двое слились в одном безумном танце страсти.

На постели.

Король сидел.

Она на нём.

Двигалась. Извивалась. Кричала. Стонала. Требовала. Царапала. Кончала.

Гвилим тяжело привалился к рабочему столу. Напряжённо сглатывая. Приходя в себя. Тупо глядя на свой пах, где пятном расплывались следы его удовлетворения. Он кончил вместе с ними.

Как?!

— Мы заскочим, — вдруг услышал он тихий голос короля дварфов.

«Что?», — не понял Хор, но успел заметить лишь обнажённый торс повелителя гор, который отключил связь.

***

— Почему мы не полетели домой? — удивилась Аттика, прижимая к груди злополучную простынь и только сейчас заметив, что корабль приземлился на крыше офиса мэра.

— Нам надо переговорить с Хором, — ответил муж.

— Думаешь, сейчас подходящее время? — указала она на свой вид. — Подождать нельзя?

— Нет.

— Он, наверное, в ужасе будет, когда меня увидит, — недовольно бубнила Аттика, плетясь за мужем, привыкшим повелевать, и неловко стреляя глазами по сторонам, откуда на неё откровенно пялились, просто забыв о всяких правилах приличия.

Как будто она о них помнила, разгуливая нагишом практически, — фыркнула мысленно Атти и не поняла, как оказалась в кабинете мэра совершенно одна.

И почему Арт остался за дверью? Как-то странно её захлопнув за ней.

Ведьма-полуоркша подозрительно покосилась по сторонам.

Гвилим Хор расслабленно полусидел на собственном рабочем столе. Одна его нога упиралась в пол. Вторая была согнута в колене. Безукоризненный как всегда: идеальная укладка волос и бороды, над которой наверняка работали каждый день профессионалы, дорогой костюм, пиджак которого небрежно брошен на одном из кресел. Белоснежная рубашка с расстегнутыми двумя пуговками сверху, которые чуть приоткрывали тайну сильной мужской грудной мускулатуры, закатанные до локтя рукава, открывавшие накачанные трицепсы…