Девушка попыталась вернуться к той странице, на которой читала, но книга раскрылась на другом месте. И рука не поднялась перелистнуть, когда взгляд выхватил волнующие строки.

«Сегодня у нас дочка родилась. Фрайяной назвали, в честь поразительной красоты созвездия. И всё бы хорошо, да только меня скоро в командировку в Чёрный Мир отправляют. Я-то рад побыть среди низших, не вызывая подозрений. Заодно неофициально пообщаюсь с наместниками. А жена... Не отпускает она меня. В слёзы — мол, не хочу без тебя тут оставаться. И никакие уговоры не помогают. Вот и как мне поступить?»

Эта запись была последней, видимо не нашлось у него времени вернуться в этот дом и дописать мысль до командировки. А то, что случилось дальше, Фрае было известно из рассказа Легуса.

Закрыв дневник, девушка ещё долго сидела в задумчивости, стирая со щёк невольно катящиеся слезы.

Не знала она своих родителей, а сопричастность к ним ощущалась сейчас ничуть не меньше, чем к приёмной семье. Если бы не трагическая случайность, у неё были бы прекрасные, любящие родители. Они и в Белом Мире воспитали бы дочь правильно, в уважении к низшим. Её отца обучали в традициях высших, но он заметил несправедливость и осознал неправильность выстроенной беломирянами системы, обладал сильным характером, чтобы иметь своё мнение. Жаль только, сделать ничего так и не смог.

Эмоциональная встряска не прошла без последствий. Ощущая усталость и опустошённость, крепко прижав к себе драгоценное наследство, Фрая выключила свет и легла в кровать. Спала на удивление крепко, кошмары не мучили, и настроение утром оказалось приподнятым. Девушка положила находку вместе со своим личным дневником в сумку и спустилась на завтрак.

Мужчины проснулись намного раньше. И еду приготовили, и на крыльцо вышли, чтобы не разбудить голосами спящих женщин. Тиалина явилась последней, зевая, уже когда Фрая доедала завтрак. Несмотря на сонное состояние, её причёска и одежда выглядели безукоризненно,

Фрая решила с вопросами к ней не приставать, и тоже вышла на улицу. Девушку мучило любопытство — сияют или погасли кристаллы? К тому же голоса мужчин стали громче, в них слышалось недовольство. Шагнув на крыльцо, Фрая хотела было спросить, в чём дело, и осеклась, увидев причину возмущения.

В паре шагов от входа, отставив ногу и опираясь на трость, в горделивой позе стоял одетый в дорожный костюм Даргис Хрустального Замка. Тот самый инспектор СКД, от которого вчера так удачно удалось избавиться.

— Что привело вас сюда? — хозяйка встретила нежданного гостя претензией. — Мне казалось, мы всё выяснили, и повода для повторного визита нет.