– Эрос, нет. – Сила, рожденная неподдельной паникой, вновь наполняет мое тело. – Нет. Ты не можешь причинить вред своей матери.

– Я и не хочу, – с болью в голосе говорит он. – Но мы оба знаем, что она не остановится. – Эрос медленно качает головой. – Другого выхода нет. Время на исходе.

Я это знаю. С болью осознаю, как проносятся секунды.

– Эрос, прошу. – Я веду руками по его груди и обхватываю его лицо ладонями. Боги, кажется, сейчас расплачусь. – Я люблю тебя. – Сказать это сейчас – жестокий ход, коварный и бессовестный. Мне все равно. Я и не такое скажу, лишь бы не дать Эросу совершить эту ошибку. В конце концов, это правда.

Он совершенно застыл.

– Скажи еще раз.

– Эрос, я люблю тебя. – Слова легко срываются с языка. Я сжимаю его золотистые кудри. – Я люблю тебя.

Вид у него отчаянный.

– Я не шутил. Я правда этого недостоин.

– Любви все равно, достоин ты ее или нет. Она не требует условий, во всяком случае, не должна.

Он опускает руки мне на бедра.

– И в особенности я не достоин твоей любви. – Эрос судорожно выдыхает. – Но мне на это наплевать. Ты сказала это. Ты не можешь забрать свои слова назад.

Я ловлю себя на том, что улыбаюсь, хотя чувствую, будто мое сердце разрывается на части.

– Пожалуйста, не уходи. Прошу, дай мне время найти другой выход. – Воплотить замысел, который спасет Эроса.

Он накрывает мои ладони своими и убирает мои руки от своих волос. Целует одну ладонь, потом вторую.

– Я обещал оберегать тебя. Именно это и собираюсь сделать. – Он отпускает меня и отступает на шаг назад. – Иди в убежище и оставайся там, пока я не вернусь. Не открывай никому, кроме меня.

Я теряю его. А может, потеряла в тот миг, когда Посейдон вышел из игры. Не знаю, но чувствую, что Эрос ускользает, как песок сквозь пальцы, хотя стоит передо мной. Возможно, он считает себя монстром, но будь это правдой, он не смог бы так обо мне заботиться.

Если он навредит своей матери, потеряет то немногое, что осталось от его души.

Я не могу позволить ему это сделать, только не ради меня.

– Эрос, пожалуйста.