— Ни за что! Я не буду сражаться с капитаном! Пусть лучше Озби…

Шум аплодисментов сменился грохотом смеха. Комда тоже смеялась. Она подошла к замкому и, поднявшись на цыпочки, поцеловала его в щеку. Красный, но теперь уже от смущения, Гдаш отошел в сторону. Она посмотрела на Озби и спросила:

— Ты тоже отказываешься сражаться со мной?

— Хорош я буду, если убегу.

Но чуть слышно, только для двоих, Озби добавил:

— Ну, если ты и меня перед всеми поцелуешь, я, может быть, и рискну отказаться…

Комда засмеялась:

— И не надейся!

— Тогда к бою. Хочу попробовать, получится или нет, как в прошлый раз…

— Давай немного изменим правила поединка. Усложним его.

Она повернулась к стоящему на трибуне андроиду, и что-то показала ему. Энди спустился с трибуны, на минуту пропал из поля зрения, а потом появился на арене, держа в руке две темные повязки. Он подошел и завязал глаза сначала Комде, а потом Озби. Все с удивлением следили за тем, что он делает. Без всякой просьбы или приказа в зале установилась тишина.

Комда вытянула вперед левую руку. Озби сделал точно также. Их энергетические браслеты ярко светились. Мужчина и женщина стояли, почти соприкасаясь руками. Так продолжалось несколько минут. Затем они одновременно шагнули назад и включили клинки. Синее и оранжевое пламя теперь озарило их правые руки. Они медленно двинулись по кругу.

Зрители замерли. Хотя все ожидали его, но первый обмен ударами произошел неожиданно. Комда атаковала, а Озби ответил. Клинки загудели и слились в единое пламя. Дальше поединок протекал также стремительно. Нападал то один, то другой. Удары наносились с разной силой и из разных положений. Но соперники отражали их, словно могли видеть друг друга. Мстив толкнул локтем Гдаша и сказал:

— Жаль, что ты отказался от поединка. Интересно было бы посмотреть, на сколько мелких и аккуратных кусочков разрезала бы тебя Комда.

Гдаш не обиделся, а восхищенно прошептал:

— Как им удается так сражаться? Правда, красиво, Мстив?

И в свою очередь толкнул разведчика локтем в бок. Тот усмехнулся, но ничего не ответил. Поединок длился еще несколько минут. До тех пор, пока зрители не начали аплодировать. Тогда Комда и Озби, после серии быстрых ударов опять замерли напротив друг друга. Они одновременно выключили клинки и сняли с глаз темные повязки.

Гдаш набрал в легкие побольше воздуха и закричал. Его голос, словно гудок парохода, перекрыл шум в зале. Комда посмотрела в его сторону, но в глаза ей бросилось лицо Мстива. Шеф вагкханской разведки закрывал уши руками. У него на обычно непроницаемом лице застыло такое выражение злости и раздражения, что Комда не выдержала и засмеялась. Озби тихо произнес: