Ему оставалось сделать только один шаг, чтобы обнять ее. Но он чувствовал, что не может решиться на это. Словно кто-то мешал ему это сделать. Он глубоко вздохнул, отпустил руку и, заставив себя оторваться от её лица, посмотрел в сторону. Рядом с Комдой стоял Озби. Брови Раста удивленно приподнялись. Он только сейчас заметил брата. Вместо того чтобы обнять его или каким-нибудь другим способом проявить свою радость, мужчина холодно произнес:

— Ты долго шел ко мне. Наверное, я слишком мало значу теперь для тебя. Впрочем, ты имеешь право на такое безразличие…

Комда поспешила вмешаться:

— Раст, ты ошибаешься. Озби не приходил к тебе не потому, что не хотел этого. У него было много дел. Он выполнял мои поручения. Разве Озгуш не рассказывал тебе о том, что произошло на корабле?

Мужчина кивнул, а потом отвернулся. Куда-то в сторону он произнес:

— Сегодня, значит, выдался свободный день…

Комда посмотрела на Озби. Её взгляд словно говорил: «Я же предупреждала, что разговор будет трудным и неприятным». Тот стряхнул с себя оцепенение, вызванное видом и поведением брата. Его поразило, как Раст смотрел на Комду. Не нужно было проникать в его мысли, чтобы понять насколько сильно он любит ее. Вполне хватало обычных глаз и присущей Озби проницательности. Он сказал:

— Раз мы долго не виделись, то и разговор будет долгим. Комда, если ты не возражаешь, то оставь нас наедине. Мы потом позовем тебя.

Женщина кивнула. Когда двери задвинулись за ней, Озби предложил:

— Присядем. Разговор действительно может затянуться.

Они сели в кресла в углу комнаты, напротив друг друга. Озби посмотрел на Раста и спокойно начал:

— Нам давно нужно было поговорить начистоту, без недомолвок и тайн. Этот разговор должен затронуть важную и для тебя, и для меня тему. Наше отношение к женщине, которая только что покинула эту каюту. Я прав, Раст? Или ты собираешься отмалчиваться?

— Почему же. Давай поговорим.

— Я знаю, что ты любишь её. Но даже если бы не знал, то сегодня понял бы это. Все слишком явно читается на твоем лице. И в этом нет ничего особенного. Проблема только в том, что я тоже люблю ее.

— Ты не говорил об этом раньше.

— А ты и не спрашивал. Ты появился на борту «Синей чайки» и сразу стал учить меня уму — разуму. Я уже давно не ребенок, Раст. Тот, которого ты равнодушно отдал в приют и больше не интересовался его судьбой. Но я не собираюсь осуждать или обвинять тебя. Это было так давно. Я рад, что вновь встретил тебя здесь на корабле.

— Я не верю тебе, Озби. Сразу после нашей встречи ты стал лгать мне.

— Каким образом? — удивился Озби.