— Ты права. Нам давно нужно было поговорить с Растом. Но одно ты должна знать наверняка. Я не собираюсь отдавать тебя ни Расту, ни Тресс, ни кому-либо другому.

— Вот и прекрасно.

Она шагнула вперед и обняла его.

— Не отдавай меня никому.

Озби наклонился и поцеловал ее. Они стояли, прижавшись друг к другу, и она чувствовала его теплое дыхание на своих волосах. Ей не хотелось никуда идти. Не хотелось лететь и искать планету, перевесившую чашу весов. Комде хотелось просто стоять и чувствовать, как любовь постепенно заполняет все её тело. Как тревоги, сомнения, переживания и заботы тонут в этом сладком и пьянящем омуте.

* * *

Раст стоял у окна. Он не повернулся и не заговорил даже тогда, когда в его каюте появился командир Озгуш. Он понимал, что это грубое нарушение субординации, но ему было все равно. Легкий прохладный ветер шевелил прозрачные занавески. Они туманной дымкой развевались по комнате, а потом опадали и чуть шевелились около распахнутого настежь окна. Окно выходило в сад.

В зеленой листве деревьев и кустов яркими пятнами пестрели цветы. Легкий ветерок дотрагивался до них, словно требуя внимания. В ответ они отдавали ему свой нежный аромат. Этот тонкий запах проникал вместе с ветром в окно и разносился по белоснежной комнате. Раст все смотрел и смотрел на цветы. Его глаза замерли на лице. Руки были опущены вдоль тела. Красота сада не трогала его душу. Вдруг он, разбив тишину комнаты безжизненным голосом, произнес:

— Прекрасная иллюзия. Как и все, что меня окружает. Все вокруг только обман.

— Не все. Мы настоящие.

Раст вздрогнул. Прошло так много времени с тех пор, когда он слышал этот голос. Надежда услышать его снова уже покинула мужчину. И в тот момент, когда он перестал ждать, женщина появилась в его каюте. Все еще сомневаясь, что голос прозвучал реально, а не в его воображении, он медленно повернулся. В дверях комнаты стояли Комда и Озби. Он даже не слышал, как они вошли.

Раст хотел остаться невозмутимым, но не смог. Он сделал один шаг, другой, а потом быстро пошел в их сторону. Он шел и видел только женщину. Когда до нее остался один шаг, он остановился. Его глаза, не моргая, всматривались в ее лицо. Правая рука медленно поднялась и замерла в нескольких сантиметрах от ее щеки. Раст хотел дотронуться до нее, но почему-то не мог этого сделать.

Он смотрел, как чуть дрожат ее длинные ресницы. Они медленно поднялись, и у него перехватило дыхание от яркой синевы глаз. Нежные губы дрогнули. Женщина что-то говорила. Он не слышал слов. Мужчина стоял так близко, что чувствовал нежный, еле уловимый запах неизвестных цветов, который исходил от неё.