─ А ты … вообще сам себе пальцы отрезал.

─ О, я бы пошёл на многое ради своей цели, ─ доверительно сообщил он, заправляя прядь моих волос мне за ухо, но я уже не могла дёрнуться и увернуться от этого жеста. ─ Ты знаешь, что во время работы над Ватиканской Пьетой, Буонарроти смертельно ранил своего натурщика, чтобы точнее передать муки умирающего Христа? Это, кстати, чистая правда, а вовсе не легенда, что б ты знала. ─ Аскольд медленно провёл кинжалом по моему плечу вниз, а я мечтала лишь о том, чтобы этот садист сам испытал такие муки, которые не снились ни одному умирающему от его руки. ─ Ты стала моим личным произведением искусства, и я не особо-то задумывался о том, что делаю – мне было нужно отвлечь от себя внимание, а твоя жалость ко мне стала приятым бонусом. ─ Лезвие обвело еле заметный шрам от пули, повторяя рисунок веток. ─ О, а какую я ради тебя пьесу разыграл на испытании! Я так защищал интересы охотников-людишек, что мне можно было аплодировать, хотя самого мутило от каждого произнесённого слова. Тебе бы понравилось, Вишенка. Конечно, эта падаль Орловский чуть не испортил мне все планы разрушением контура, но я не знал, что он так тобой одержим, когда я под личиной встречался с ним, давая намёк на твою исключительность. Горжусь, что ты сама так играючи с ним расправилась! Признаюсь, я даже слезу пустил, когда его тело падало с обрыва.

Интересно, а кто тогда исполнял роль «балахона»? Хотя, какая мне теперь разница...

─ Маги, конечно, тоже хороши. Решили выявить самых сильных охотников, чтобы им тоже основательно промыть мозги и приобщить к устранению вампиров. Захотели создать здесь подобие энитири, глупцы, ─ продолжал блондин. ─ Но я нисколько не сомневался, что ты пройдёшь, а когда пришёл на помощь в лесу, только чудом удержался, чтобы не утащить тебя. Но было рано. ─ Он досадливо поморщился. ─ Знаешь, дед тоже тебя по-настоящему оценил. Он запретил мне вообще тебя трогать, потому что у него свои планы, и всякий раз, когда я хотел приблизиться, он меня опережал, наблюдая за тобой и делая нужные ему выводы. Как же я злился…

Я тоже злилась от беспомощности, которую испытываю, а ещё от того, что начинала терять связь с реальностью. Конечно, я знала, что, во-первых, так просто мне умереть не позволят, а значит, нужно продолжать держаться, и, во-вторых, я ещё явно не всё услышала.

─ Отпусти Алису, она всё равно тебе ни к чему, ─ попросила я. Нужно было как-то освобождаться и уводить этого психа подальше – тогда у девчонки будет хотя бы шанс спастись.

─ Думаешь? Хотя, ты в чём-то права, ─ согласился со мной охотник и, подойдя к сирене, всмотрелся в её лицо. ─ Мне она точно больше не пригодится! ─ И он вонзил свой кинжал в её живот, заставив итак бессознательную девушку слабо вскрикнуть, а затем затихнуть окончательно.