Слабый луч рассветного солнца скользнул в окно сквозь серебристые низкие тучи, когда я уже не спала. Я стояла и смотрела, как пробуждается сонный город, наслаждаясь видом, который, возможно, в последний раз имею счастье лицезреть, поэтому старалась запечатлеть его в памяти именно таким.
Как раз в это самое мгновение неспящий напротив сосед, заметил меня. Сонная блондинистая морда взъерошенного Князева в одних пижамных штанах показалась в как всегда не зашторенном окне, и оборотень, заметив меня, улыбнулся, сложил указательный и средний пальцы в знаке «победы», а затем, напомнив о том, что у него творится в голове, высунул проколотый язык, демонстрируя всем известное действие. Я же козырнула ему, согнув все пальцы, кроме среднего, и на этом наш обмен любезностями был закончен. Зараза пушистая.
Всё же я была благодарна этой слегка придурочной рыси за подобную поддержку, ведь он тоже знал, куда я сегодня еду, и меньше всего на свете я хотела бы получить в этот момент полную жалости и сочувствия улыбку, не вселяющую никакой уверенности. Поэтому на его дерзкую ухмылочку я ответила точно такой же.
Я почти почувствовала себя готовой.
Постояв ещё какое-то время у окна, я принялась переодеваться в заготовленную со вчерашнего вечера одежду. Ничего сверхъестественного или лишнего – просто всё одновременно тёплое, но при этом, удобное для очень активного времяпровождения в зимнем лесу.
Потом пришла мама и заплела мне волосы в две тугие косы, а заодно принесла перестелить постельное бельё. Чёрное. Это, кстати, объяснялось вполне логично: либо охотник возвращался живой, но настолько израненный и уставший, что вряд ли сразу доползёт до ванной, а потому просто грохнется на постель в том виде, в котором он пришёл с испытания, либо не возвращался вообще. В обоих случаях чёрный цвет – весьма практичное решение, и я только молча подивилась такой интересной традиции. Молча, потому что в голове начали звучать первые ноты "Похоронного марша"...
─ Пойдём завтракать, ─ закончив с причёской, произнесла мама, поднимаясь и даря мне взгляд, в котором было всё то, что мне так никто и не сказал. ─ Тебе нужно как следует подкрепиться.
─ Да, идём.
Я взглянула на ставшую родной комнату в последний раз, на всякий случай, прощаясь с ней, и последовала за хрупкой женщиной, которой тоже когда-то пришлось пройти через всё то, что предстоит пережить и мне в ближайшие дни. Наверное.