─ Жди здесь.
У Лекса не было слов, особенно когда учитель камнем бросился вниз, исчезая следом, и всё, что оставалось, это наблюдать за развитием событий в тревожном ожидании.
Громов же, редко прежде вспоминающий о каких-либо богах, привыкший обычно полагаться на себя, взмолился лишь об одном – чтобы сила не подвела его в последний момент.
Он мог поклясться, что погрузившись в ледяную колыбель, услышал отдалённый лёгкий смех, но вскоре уже ничто не волновало мужчину так, как поиски Рины. Вода здесь была мутная и сильно затрудняла видимость, а ещё настолько холодная, что никаких шансов выжить у простого человека попросту не имелось, однако для Ника, в чьих жилах бежало пламя, всё было нипочём. Вампир настроился на девушку, и ухватил её руку до того, как тело охотницы погрузилось на самое дно, чтобы исчезнуть на веки в этом странном, наполненном чужой древней магией месте.
Обратно на скалу их перенёс огонь, и Громов понял, что лимит свой он исчерпал. Обессиленно опустившись вместе с Риной, он бережно положил её на землю, а когда взглянул на лицо охотницы, то отказался поверить увиденному, потому что не могла эта серая кожа и посиневшие губы принадлежать ей. Обычно такое живое сердце больше не билось, не отстукивало сумасшедший ритм, постепенно затихая, и вампир с ужасом осознал, что даже его кровь уже не помогла бы. Нельзя подобным способом вернуть к жизни того, кто уже ступил за грань обеими ногами и вполне уверенно стоял там.
Ветер к тому времени почти стих, дождь, будто скорбя вместе с мужчиной, хлынул холодным потоком, а у Ника перед глазами встала картина другой смерти, как в насмешку над ним самим – мол, смотри, уже вторая умирает на твоих глазах. Говорят, урок будет повторяться, пока его не усвоят, и он, как преподаватель, понимал это лучше других. Вот только вампир, похоже, слишком долго соображал, к чему его вели и что пытались показать всё это время. Видимо, пытаться обмануть Судьбу – заранее проигрышная затея, и некоторым, живущим в разных мирах, просто никак нельзя быть вместе, как то и заложено природой.
─ Не смей, Рина! ─ он безуспешно пытался привести её в чувства, тряся девушку за ледяные плечи, но душа уже покинула тело. ─ Ты мне обещала!!!
Рука, опустившаяся на плечо и сжавшая неожиданно крепко, не позволила отдаться отчаянию, а уверенный, преисполненный какой-то мрачной решимости взгляд ученика, всколыхнул в мужчине надежду на лучший исход.