Что делать, если они, правда, не вернутся?

Я не знала…

Сидя в офисе «Меридиан-Галактик», я каждые двадцать минут просматривала сообщения и новости. Вся работа в здании остановилась. И даже райнарцы, что трудились здесь, ходили понурые и интересовались друг у друга, не знает ли кто, что случилось с транспортником. Слухи распространялись быстро. Меня спрашивать побаивались, видя мое подавленное состояние. Да я и сама не хотела ни с кем общаться.

День показался вечностью, за которую я успела передумать все, что только можно. Вспомнить и плохое, и хорошее.

Кто напал на корабль? Почему именно тогда, когда я сказала о беременности?

Нет, нельзя раскисать. Нужно быть сильной ради малышей, что родятся через несколько месяцев.

Я так и не ушла из офиса. Сидела в кабинете, который раньше занимал Ларс, глядя на монитор, но ничего перед собой не видя, когда раздался звонок.

— Тина, тебе нужно успокоиться и ехать домой. Признаю, моя идея поставить тебя в руководство была не самой лучшей, — с кислой миной сказал отец, глядя на мое отрешенное лицо.

— Ты специально отправил их на эту долбаную планету? — сжала я кулаки от нахлынувшей злости. — Ты наверняка знал о том, что в секторе ведется спецоперация!

— Увы, дорогая дочь. При всех моих возможностях, я не мог предвидеть подобного. Я лишь хотел отдалить их от тебя, чтобы ты еще раз подумала, с кем связалась. Это неудачное совпадение, но мои люди делают все, что возможно.

— Это уже не имеет никакого значения. — Я закрыла глаза и откинула голову на спинку кресла. — Если бы не твоя ненависть, ничего бы не произошло.

— Ты ходила в клинику… Ты беременна? — перевел тему Кастор. — Ты осознаешь, что решением сохранить беременность можешь испортить свою жизнь?

Внутри меня поднялась волна ярости, виски сдавило. Я подскочила, растрепанная и возбужденная.

— Пошел ты! Хватит! Вмешиваться! В мою! Судьбу! Я больше не хочу, чтобы ты решал, что мне делать!..

Эмоции выплеснулись в поток речи, и я высказывала Далингеру все то, что копилось во мне последние недели. Я не могла простить его за то, что он вынудил Ларса и Ульфа лететь в этот рейс, только чтобы насолить за то, что мы хотим быть вместе.

— Вот ты как, значит. Я отдал тебе все. А ты, похоже, совсем не оценила моего отношения. Теперь послушай меня. Я буду решать, как и кому жить. Это мой окончательный ответ, — ледяным тоном заявил Кастор, на лице которого не дрогнул ни один мускул, только глаза потемнели. — Скоро ты вернешься на Треокс, и мы пообщаемся.

Он хлопнул по панели компьютера, отключившись, а я упала обратно в кресло, схватившись за голову. Что я наделала? Зачем наговорила все это?